34 
ОТЧЕТЪ О ТРИДЦАТЬ ШЕСТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Гоголь, Лермонтовъ, Веневитиновъ, князь Вяземскій, Мицкевичъ, 
и другіе писатели. Гоголь нѣкоторое время жилъ у Погодина. 
Въ Дневникѣ Погодина записано: 
Подъ 7 января 1831 года: «Къ Пушкину и занимательный разговоръ : 
кто Русскіе и не Русскіе. Какъ воспламеняетъ Пушкинъ, и видишь востор- 
женнаго». 
Подъ 11 Февраля: «Къ Пушкину. Спорилъ до хрипу о Борисѣ Году- 
новѣ предъ Д. В. Давыдовымъ, которому нравится мое разысканіе». 
Подъ 30 апрѣля: «Къ Пушкину, и съ нимъ четыре битыхъ часа въ 
спорѣ о Борисѣ. Онъ— procureur du roi, а я — адвокатъ. Я помогу высы- 
пать ему отвѣтовъ, но упроси.іъ написать статью, на которую } меня го- 
тово возраженіе. И живо представлялась мнѣ вся моя трилогія». 
Гоголь бьыъ въ постоянной перепискѣ съ Погодинымъ, сообщалъ 
ему о своемъ душевномъ состояніи, о своихъ произведеніяхъ, даже о такихъ, 
которые были только задуманы и составляли глубокую тайну автора. По- 
давляемый вранадебными толками о Ревизорѣ, Г оголь писалъ Погодину; 
«Л)ду заграницу размыкать ту тоску, которую наносятъ мнѣ ежедневно мои 
соотечественники. Пророку нѣтъ славы въ отчизнѣ. Выведи на сцену двухъ- 
трехъ іЕнутовъ, тысяча честныхъ людей сердится, говоритъ, мы не плуты. 
Столица щекотливо оскорбляется тѣмъ, что выведевы нравы шести чинов- 
никовъ провинціальныхъ. Что же бы сказала столица, если бы выведены 
были, хотя слегка, еясобственнгля правы»? . . . Въ другомъ письмЬ къ По- 
годину Гоголь говоритъ: «Вещь, надъ которой сияіу и тружусь теперь и 
которую долго обдумывалъ, п которую долго еще буду оодумывать, не по- 
хожа нп на повѣсть, ни на романъ, длинная, длинная, въ нѣсколько томовъ, 
названіе ей: Мертвыя души. Вотъ все, что ты долженъ покамѣстъ узнать 
объ ней. Если Богъ номонштъ выполнить мнѣ мою поэму такъ, какъ должно, 
то это будетъ первое мое порядочное твореніе. Вся Русь отзовется въ 
немъ» и т. д. 
Вѣрный основной цѣли своего труда, біографъ Погодина знако.митъ 
читателей съ его совремеппикаліи, находившимися съ нимъ въ болѣе или 
менѣе близкихъ, а иногда только случайныхъ отношеніяхъ. Подробности, въ 
которыя входитъ нашъ авторъ, дали поводъ критикѣ указать на нѣкото- 
рыя отступленія, какъ бы прерывающія нить послѣдовательнаго разсказа. 
Но Н. П. Барсуковъ пишетъ не и.зслѣдоваиіе, а «повѣетъ», а потому едва 
ли можно ему отказать въ правѣ — «повѣствуя» о своемъ героѣ, сообщать 
попутно свѣдѣнія о .іицахъ, приходившихъ съ нимъ въ соприкосновеніе или 
въ его общественной дѣятельности или въ его личной жизни. Какъ требо- 
вать, напримѣръ, чтобы въ книгѣ рѣнте упоминалось о митропо.іитѣ Фила- 
ретѣ, князѣ П. А. Вяземскомъ, П. М. Строевѣ, когда самъ авторъ 
