56 
ОТЧЕТЪ О ТРИДЦАТЬ СЕДЬМОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Предводитель однако не счелъ, должно быть, исполненіе этого требованія 
вполнѣ совмѣстнымъ съ «штабъ-офицерскою честью» и предпочелъ, не от- 
вѣчая па щекотливый вопросъ, просить объ отставкѣ отъ предводитель- 
ской должности за болѣзнью. Отвѣчая на эту просьбу, Румянцевъ въ ор- 
дерѣ отъ 1 6 мая писалъ ему : «что жь принадлежитъ до увольненія васъ отъ 
предводительства, то какъ вы всѣмъ шляхетствомъ въ сіе званіе выбраны, 
слѣдовательно и надлежитъ вамъ, показавъ имъ о своихъ ко мнѣ прописы- 
ваемыхъ болѣзняхъ и о прочихъ по обстоятельствамъ вашимъ препятстві- 
яхь, коихъ ради вы сей трудной должности исправлять себя не въ силахъ 
находите, просить ихъ согласія на выборъ другаго предводителя, на кото- 
рый по 29-му пункту обряда имъ поступить не воспрещается». Шляхет- 
ству, за которымъ отрицалось право выбрать новаго депутата на мѣсто 
не сошедшагося во взглядахъ со своими избирателями, не возбранялось та- 
кимъ образомъ выбрать новаго предводителя. Но правителю Малороссіи 
было не до того, чтобы считаться съ логикой. Въ томъ же самомъ ордерѣ 
онъ сообщалъ, что депутатомъ отъ Нѣжинскаго и Батуринскаго шляхет- 
ства въ коммиссію долженъ отправиться Селецкій, который съ момента 
своего избранія находится «подъ единственною Ея И. В-ва всемилостнвѣй- 
шею протекціею» и потому никѣмъ не можетъ быть лишенъ депутатскаго 
званія, и что опъ повезетъ съ собою наказъ «за руками тѣхъ, кои отъ 
прежняго своего безпристрастнаго выбора не отступали». Въ заключеніе 
Румянцевъ упрекалъ Тернавіота, что тотъ не отвѣтилъ на его вопросы и 
вновь повторялъ: «ожидаю отъ васъ, яко отъ особы, всѣмъ обществомъ на 
сіе признанной и высокимъ Ея И. В-ва манифестомъ и всего дѣла обря- 
дами опредѣленной, лучшаго старанія и прямаго о семъ увѣдомленія такъ, 
какъ вамъ честь ваша, которой въ васъ я совершенно надѣюсь, лучше 
скажетъ; въ противномъ случаѣ все то причтено будетъ одному вамъ и вы 
понесете перваго всему тому зачинщика и сочинителя». Тутъ же Румян- 
цевъ сообщалъ, что объ произведшихъ второй выборъ депутата онъ донесъ 
въ сенатъ и ожидаетъ сенатской резолюціи. Но надеждъ Румянцева Тер- 
навіотъ такъ-таки и не оправдалъ, хотя не былъ затѣмъ привлеченъ и къ 
начавшемуся дѣлу, такъ какъ Румянцевъ «засвидѣтельствовалъ» передъ 
сенатомъ, что «преступленіе его не отъ вымыслу, но отъ одной простоты 
произошло» 1 ). Что вызвало такую милость, сказать трудно: быть можетъ, 
дѣйствительное сознаніе его непричастности къ дѣлу, быть можетъ, сообра- 
женіе, что человѣка съ его чиномъ не совсѣмъ удобно втягивать въ заду- 
мывавшуюся игру. 
Тѣмъ временемъ, какъ шла эта переписка между генералъ-губернато- 
ромъ и предводителемъ шляхетства, въ Нѣжинѣ происходили новыя со- 
1) Чтенія въ ист. обществѣ Нестора лѣтописца, кн. 5, отд. III, с. 116. 
