музикл И ПѢСНИ УРАЛЬСКИХЪ МУСУЛЬМАНЪ. 
247 
Башкирская сходка. 
Довольно долго записывал!) я пѣсни въ этой избѣ, нѣсколько часовъ, 
такъ что значительная часть Башкиръ, удовлетворивъ своему любопытству, 
разошлись изъ избы, остались немногіе, въ томъ числѣ описанный выше 
разговорчивый старикъ, обнаружившій терпѣніе досидѣть до конца. Наши 
занятія прервались но поводу сходки у волостнаго правленія, на которой 
надо было присутствовать всѣмъ, въ томъ числѣ и Биргале; эта сходка 
была продолженіемъ бывшей наканунѣ и на ней происходила таже раздача 
съ торговъ правъ на содержаніе лошадей для проѣзжающихъ по деревнямъ 
волости, такъ какъ наканунѣ не успѣли покончить съ этой процедурой. Я 
заинтересовался сходкой и пошелъ туда. На пути, близь волостного прав- 
ленія, встрѣтился мнѣ Мансурка, три дня тому назадъ забавлявшій насъ 
своимъ искусствомъ пѣть по птичьему: еще издали опъ увидѣлъ меня и 
застѣнчиво шелъ на встрѣчу, а на физіономіи его уже давно играла 
безпредѣльная улыбка; я предполагалъ, что онъ скажетъ мнѣ въ видѣ 
привѣтствія: «здравствуй», но вмѣсто всякаго привѣтствія онъ нежданно, 
негаданно прокурлыкалъ но лебединому и разразился улыбкой удовольствія. 
Я такъ и не слышалъ ни одного слова отъ этого своеобразнаго артиста, 
способъ изъясненія у котораго былъ повидимому исключительно птичій. Я 
остановился, прослушалъ его пѣніе, что-то говорилъ ему, а онъ застѣнчиво 
улыбался; когда я пошелъ далѣе, онъ еще разъ пропѣлъ по лебединому. 
Вообще видно было, что онъ старался выразить какія то симпатическія 
чувства. Начавшаяся сходка была бурная, Башкиры горячо спорили, кри- 
чали и неистовствовали, давая волю своимъ страстнымъ чувствованіямъ. 
У волостнаго правленія была уже большая толпа. На крыльцѣ правленія 
стоялъ столъ, за которымъ сидѣлъ волостной писарь изъ русскихъ и стар- 
шина башкиръ Сулеймановъ. Когда я пришелъ, старшина пригласилъ меня 
сѣсть въ серединѣ за столъ рядомъ съ нимъ, и я очутился въ центрѣ сходки 
и видѣлъ, какъ она проходила. Старшина былъ украшенъ старшинскою 
цѣпью съ бляхой. Торги происходили слѣдующимъ образомъ. Писарь назы- 
валъ деревню, въ которой должны содержаться лошади для проѣзжающихъ 
и спрашивалъ, кто сколько хочетъ платить за это обществу. Кто нибудь 
изъ Башкиръ называлъ сумму; толпа напряжено слѣдила за ходомъ торговъ, 
и уже первое заявленіе цѣны вызывало въ ней нѣкоторое волненіе, и ропотъ 
голосовъ проносился по всей толпѣ; когда же кто нибудь другой назначалъ 
высшую цѣну, то раздавался взрывъ цѣлаго ряда голосовъ, которые по 
