НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
247 
письмѣ, какъ это мы находимъ въ древнѣйшихъ памятникахъ. При указан- 
номъ нами способѣ передачи, авторъ избѣжалъ бы такихъ, напримѣръ, 
Формъ: сполутетратю (ч. I, л. 72), искнигами (л. 12G), иэявлено (л. 75), 
заприписю Петра Артемева (л. 81 об.) и мн. др. Формы эти ни въ какую 
эпоху развитія русскаго языка такъ не произносились, ни писались. 
Переходимъ ко второй части изслѣдованія, гдѣ разсмотрѣны сочиненія 
Каріона Истомина. Авторъ раздѣляетъ ихъ по содержанію на группы, 
дѣлаетъ общую характеристику каждой группы и подробно останавливается 
на наиболѣе замѣчательныхъ сочиненіяхъ. Въ этой части изслѣдованія пять 
главъ: въ первой разсматривается одно догматическое сочиненіе — кати- 
хизисъ, во второй — сочиненія духовно-нравственныя: прозаическія — про- 
повѣди, и стихотворныя — Домострой, На ереси, Едемъ, Екклесія, Стампа, 
Вразуменіе, стихи царевнѣ Софіи. Глава третья посвящена грамматиче- 
скимъ трудамъ — букварямъ п отрывкамъ грамматики, а вмѣстѣ съ ними 
разсматривается Полисъ. Четвертая глава занята сочиненіями историче- 
скими, пятая — переводами Каріона. 
Нашему разбору считаемъ нужнымъ предпослать два общихъ замѣча- 
нія. Первое относится къ нашему разбору. Во второй части авторъ раз- 
сматриваетъ весьма много сочиненій Каріона Истомина; часто передаетъ 
ихъ содержаніе, опредѣляетъ ихъ литературное достоинство сравненіемъ 
съ другими, подобными же, сочиненіями современниковъ Каріона; вмѣстѣ 
съ тѣмъ онъ отмѣчаетъ тѣ идеи, которыя старался провести въ своихъ 
сочиненіяхъ Каріонъ, и на сколько удачно это исполнилъ. Все это обслѣдо- 
вано авторомъ съ достаточнымъ знаніемъ и необходимымъ для историка 
литературы навыкомъ. Это обстоятельство дозволяетъ намъ ограничить 
нашъ разборъ: наши замѣчанія будутъ относиться лишь къ тѣмъ произве- 
деніямъ Каріона, которыя или невѣрно, по нашему мнѣнію, оцѣнены авто- 
ромъ, или же не могутъ быть приписываемы Каріону. 
Второе замѣчаніе — къ разсматриваемому сочиненію. Памъ кажется, 
авторъ нарушаетъ цѣльность и послѣдовательность изложенія довольно 
частыми и обширными отступленіями во времена, отдаленныя отъ Карі- 
она, своими разсмотрѣніями вопросовъ «abovo». Пріемъ этотъ мы уже ука- 
зали ранѣе, при разборѣ первой части сочиненія, въ разработкѣ вопроса о 
московскихъ школахъ. Еще чаще выступаетъ этотъ нежелательный пріемъ 
во второй части. Такъ, начиная разсматривать проповѣди Каріона, авторъ 
считаетъ нужнымъ изложить исторію русской проповѣди отъиервыхъ рус- 
скихъ проповѣдниковъ — Луки Жидяты, митр. Иларіона (л. 23 ■ — 26) и 
только потомъ приближается къ дѣлу, разсказывая о проповѣди южно-рус- 
ской и проповѣдяхъ ближайшихъ предшественниковъ Каріона — Симеона 
Полоцкаго и Епифанія Славинецкаго (л. 27 — 28, 49 — 55). Подобный 
