296 
ОТЧЕТЪ О ТРИДЦАТЬ СЕДЬМОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Въ Новгородской первой лѣтописи читаемъ слѣдующій эпизодъ «Въ 
лѣто 6840. Великый князь Иванъ приде изъ орды и възверже гнѣвъ на 
Новгородъ, прося у нихъ серебра Закамьского, и в томъ взя Торжокъ и 
Бѣжпчьскый верхъ чересъ крестное цѣлованіе. Въ лѣто 6841. Послаша 
Новгородци владыку Василья къ великому князю Ивану с молбою, и при- 
пхалъ к нему въ Переяславль с Терентиемъ Даниловицемъ и с Даниломъ 
Машковицемъ, и давали ему 5 сотъ рублевъ, а свободъ бы ея отступилъ, 
по крестыюму цѣлованию; и много моли его владыка, чтобы миръ взялъ, и 
не послуша. В лѣто 6842. Пріиде из орды князь великый Иванъ Данпло- 
виць, и послаша къ нему Новгородци Валъфромѣя Юрьевича, и прия ихъ 
с любовию» ! ). 
Чтобы правильно истолковать это извѣстіе, необходимо принять во 
вниманіе два слѣдующихъ текста: «В лѣто 6641. Ярополкъ посла Мсти- 
славича Изяслава къ братьи Новугороду, и даша дани Печерьскые и отъ 
Смолиньска даръ, и тако хресть цѣловаша» 1 2 ). 
«А что волостей Ноугородцкихъ всѣхъ вамъ не держати своими мужи, 
держати мужи Ноугородцкими, и даръ имати отъ тѣхъ волостей» 3 ). 
Послѣдній текстъ показываетъ, что въ пользу великаго князя съ нов- 
городскихъ волостей шелъ «даръ». Предыдущій текстъ упоминаетъ о та- 
комъ дарѣ или дани съ Печеры. Надо думать, что и съ Закамскихъ владѣ- 
ній Новгородъ долженъ былъ платить извѣстную сумму въ великокняже- 
скую казну, но платилъ не особенно исправно, что и вызвало въ 1332 г. 
понудительныя мѣры со стороны Іоанна Калиты. Такимъ образомъ, подъ 
Закамскимъ серебромъ приходится разумѣть именно великокняжескій даръ 
пли дань, а отнюдь не серебро, добываемое въ Пермскомъ краѣ. 
Вышесказанное, какъ мнѣ кажется, съ достаточной ясностью показы- 
ваетъ, что г. Дмитріевъ, плохо ознакомившись съ источниками и пособі- 
ями но древне-пермской культурѣ, приписалъ «апологетамъ Біарміи» слиш- 
комъ большое значеніе. Эта ошибка заставила его обратить главное вни- 
маніе на опроверженіе тѣхъ мнѣній, которыя выставлены «апологетами», 
что оказалось дѣломъ нетруднымъ, и ему вполнѣ удалось. Но, увлекшись 
полемикой, г. Дмитріевъ не замѣтилъ, что пришелъ въ концѣ концовъ къ 
выводамъ, хотя и вѣрнымъ, но исключительно отрицательнымъ. Въ самомъ 
дѣлѣ, онъ доказалъ, что древнепермская культура вовсе не стояла на той 
высокой степени развитія, которую ей приписываютъ «апологеты»; но по- 
ложительной характеристики этой культуры читатель тщетно будетъ искать 
1) Новгородская лѣтопись по Синодальному харатейному списку, стр. 327 sqq. 
2) Лѣтопись по Лаврентіевскому списку, стр. 287. 
3) Договорная грамота Новгорода съ великими князьями Василіемъ Васильевичемъ и 
Іоанномъ Васильевичемъ 1456 г. А. Э., I, № 57. 
