НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
В27 
Понимать эти строки надо такъ: виновникъ вставки, пожелавъ дополнить 
Ремезовскую лѣтопись выдержками изъ новаго памятника, попавшаго въ 
его руки, сталъ списывать этотъ новый памятникъ буквально, удержавъ 
даже его заглавіе. Такимъ образомъ, «лѣтопись Сибирская краткая Кун- 
гурская» есть заглавіе не труда Ремезова, а именно того источника, изъ 
котораго извлечена вставка. Но я не рѣшусь утверждать, чтобы всѣ семь 
вклеенныхъ листовъ извлечены были изъ Кунгурской лѣтописи. Правда, они 
писаны всѣ несомнѣнно одной рукой, но кто поручится, что одно и то же 
лицо не могло написать выдержки изъ разныхъ памятниковъ? Несомнѣнно 
только одно, а именно, что текстъ перваго вклееннаго листа взятъ изъ Кун- 
гурской лѣтописи. Такимъ образомъ, мы располагаемъ отрывкомъ новаго 
памятника сибирскаго лѣтописанія. 
Несмотря на свою краткость, этотъ отрывокъ, какъ самостоятельный 
памятникъ, долженъ занять довольно видное мѣсто среди тѣхъ матеріа- 
ловъ, которыми мы располагаемъ для рѣшенія вопроса объ отношеніяхъ 
между Ермакомъ и Строгановыми. Дѣло въ томъ, что именно этотъ отры- 
вокъ Кунгурской лѣтописи выставляетъ появленіе Ермака въ Камскомъ 
бассейнѣ результатомъ случайности, заставившей казацкія шайки бро- 
ситься отъ преслѣдованія царскихъ воеводъ на сѣверъ. Тутъ, независимо 
отъ Строгановыхъ, у Ермака появляется мысль поживиться на счетъ оби- 
тателей Зауралья, и онъ самостоятельно, безъ всякихъ сношеній съ перм- 
скими солеварами отправляется туда, но по ошибкѣ попадаетъ въ Сылву, 
изъ которой нѣтъ пути въ Сибирь. Потерявъ изъ-за этой ошибки цѣлую 
зиму, Ермакъ рѣшается выполнить свою идею инымъ образомъ: онъ силой 
принуждаетъ Строгановыхъ оказать ему матеріальную поддержку и дать 
проводниковъ. Добившись того и другого, онъ уже вторично, и на этотъ 
разъ удачно, по настоящему пути отправляется въ Сибирь. Это извѣстіе, 
которое до сихъ поръ приписывали Ремезову, идетъ совершенно въ раз- 
рѣзъ съ изображеніемъ тѣхъ же событій въ Строгановской лѣтописи, а 
потому сторонники послѣдней старались доказать его недостовѣрность. 
Это было не особенно трудно: во-первыхъ, Ремезовская лѣтопись — поз- 
дняя и уже по одному этому можетъ уступать въ достовѣрности Строга- 
новской; во-вторыхъ, Ремезовская лѣтопись составлена въ Сибири, а Стро- 
гановская — по сю сторону Урала, и потому естественно, что о Фактахъ, 
имѣвшихъ мѣсто въ Камскомъ бассейнѣ, авторъ Строгановской лѣтописи 
былъ лучше освѣдомленъ, чѣмъ Ремезовъ. Но эти соображенія въ значи- 
тельной степени ослабляются, если считать Кунгурскую лѣтопись само- 
стоятельнымъ памятникомъ. 
Въ самомъ дѣлѣ, если эта лѣтопись названа Кунгурской, то, конечно, 
потому, что написана въ Кунгурѣ, т. е. по сю сторону Урала и, такимъ 
