35G 
ОТЧЕТЪ О ТРИДЦАТЬ СЕДЬМОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
заблужденія, и въ горечи разочарованія они называли его византійскимъ 
грекомъ (Наполеонъ) или обвиняли въ двуличности (ЛаФерроннэ). 
Но въ отношеніяхъ императора къ людямъ не было двуличности, на- 
оборотъ, это было совершенно искреннее исканіе правды въ людяхъ, хотя, 
можетъ быть, не всегда удачное и не всегда успѣшное въ дѣйствитель- 
ности. Разочарованіе въ людяхъ стоило всегда императору большой душев- 
ной борьбы. Отнимать свое расположеніе ему, можетъ быть, было не менѣе 
больно, чѣмъ тому, кто его лишался, и каждое новое разочарованіе еще 
болѣе усиливало трагизмъ его положенія, еще яснѣе выступала неосуще- 
ствимость его идеаловъ отъ невозможности найти истинно понимающихъ 
исполнителей 1 ). 
И не въ одномъ, можетъ быть, случаѣ нс выступила съ такою яркостью 
непримиримость его идеаловъ съ дѣйствительностью, невозможность извлечь 
изъ нихъ для человѣчества все то, что они должны были ему дать, какъ въ 
эпоху борьбы Греціи за независимость. 
Греческое возстаніе застало его увлеченнымъ идеею Священнаго со- 
юза, имъ самимъ созданнаго. Вознесенный сверхъестественнымъ усиліемъ 
русскаго народа на высшую ступень славы и могущества, на которую 
когда-либо поднимались русскіе государи, императоръ Александръ хотѣлъ 
держаться на ней, ставши на стражѣ мира, въ которомъ такъ нуждались 
измученные гигантской борьбой народы. Свершившееся было ужасно. 
Чтобы оно никогда не повторялось, нужно было въ корнѣ уничтожить за- 
родыши международной вражды. Упояемый со всѣхъ сторонъ лестію, им- 
ператоръ Александръ искренно вообразилъ, что наступила мпнута осуще- 
ствить издавна взлелѣянную имъ мечту (миссія Новосильцова въ Лондонъ 
въ 1804 году), пришла пора пересоздать международныя отношенія, дру- 
гія начала положить въ основу ихъ и превратить поклонниковъ силы и 
успѣха въ служителей добра и справедливости. Во главѣ ихъ хотѣлъ онъ 
охранять миръ противъ революціи и либерализма. Либеральныя идеи онъ 
ненавидѣлъ съ тою же силою, съ какою поклонялся имъ въ молодости. Въ 
глазахъ его онѣ были источникомъ всѣхъ страданій, всѣхъ бѣдствій чело- 
вѣчества во время вызванныхъ ими опустошительныхъ войнъ; онѣ отожде- 
ствились въ воспоминаніи императора съ уничиженіемъ порфирородныхъ 
передъ сыномъ счастія, съ позоромъ Аустерлица, съ пожаромъ Москвы. 
И Европа, собравшаяся дѣлить добычу, съ удивленіемъ и наружнымъ 
согласіемъ слушала страстную проповѣдь императора, ибо что можно было 
1) Душевное состояніе императора необыкновенно картинно рисуется въ письмѣ ква- 
кера Вилера отъ 3 декабря 1821 г. Императоръ изливалъ передъ нимъ всѣ свои задушевныя 
мысли и описывалъ свои страданія. Memoirs of the iife and Gospel labours of the late Da- 
niel Wheeler. London 1842 793 in 8 стр. 94, 95 и 104. 
