42 
С. РЫБАКОВЪ, 
Склонность къ воровству, если судить но разсказамъ, — преобладаю- 
щая страсть у Тептярей. 
Тептяри усердно занимаются конокрадствомъ п, говорятъ, будто въ 
каждой своей деревнѣ содержатъ воровскія конторы, въ которыхъ сосредото- 
чиваются всѣ нити организованнаго воровства. Сами власти будто бы не въ 
силахъ бороться съ этимъ зломъ, потому что понятые и свидѣтели берутся 
изъ той же среды воровъ, которые весьма солидарно дѣйствуютъ между 
собою. Похитители сами извѣщаютъ потерпѣвшихъ, что украденную вещь 
или лошадь они могутъ выкупить въ конторѣ. Бороться съ этимъ зломъ 
считаютъ возможнымъ только энергичными мѣрами. 
Такимъ образомъ, Тептяри создали себѣ дурную репутацію воровъ, 
хищниковъ, живущихъ на чужой счетъ, ничего своего за душой не имѣю- 
щихъ. Хотя, можетъ быть, есть доля преувеличенія въ этомъ рѣшитель- 
номъ мнѣніи, тѣмъ не менѣе несомнѣнно, что бытъ Тептярей представляетъ 
мало своеобразности и самостоятельности сравнительно съ Башкирами. Они, 
впрочемъ, не бѣднѣе послѣднихъ: правда, имѣютъ меньше скота, на кочевки 
не выѣзжаютъ, кумысомъ не богаты, но занимаются до нѣкоторой степени 
земледѣліемъ и имѣютъ хорошіе заработки на сосѣднихъ пріискахъ. 
Живутъ они въ деревняхъ, устроенныхъ наподобіе русскихъ: въ 
деревянныхъ избахъ, въ которыхъ вмѣсто русской печи устраивается ка- 
минъ , такъ называемый чувалъ , съ котломъ для кипяченія, вмѣсто столовъ 
и лавокъ — нары , т. е. очень широкія скамейки. Обстановка запущена, 
грязна и убога, среди которой успѣшно гнѣздятся болѣзни: глазныя, на- 
кожныя, частію сифилисъ и особенно тифъ. Подъ вліяніемъ всеобщаго голо- 
данія въ 1891 — 1892 гг. тифъ свирѣпствовалъ по тентярскимъ, какъ и по 
другимъ инородческимъ деревнямъ, съ огромной силой: по всѣмъ избамъ 
валялись среди грязи и безпомощности больные, которымъ окружавшіе не 
догадывались даже давать воды отъ угнетавшей ихъ жажды, и больные въ 
полубезсознательномъ состояніи чмокали губами или лежали съ раскрытыми 
ртами, пока ихъ не убирала смерть, съ особеннымъ успѣхомъ подвизав- 
шаяся въ атмосферѣ, наполненной дымомъ, пепломъ и парами отъ кипя- 
щихъ котловъ и топящихся чуваловъ. Тептяри въ отчаяніи и безпомощ- 
ности прибѣгали къ Божьей помощи, исполняя въ родѣ слѣдующихъ молеб- 
ствій и обрядовъ. Бъ лунную ночь они выходили толпами на улицу во главѣ 
съ муллами, въ бѣлыхъ чалмахъ, блѣдные, изнуренные, движущіеся какъ 
іѣпи, останавливались противъ каждаго дома, гдѣ были больные: поднимая 
руки къ небу и взывая «Алла, алла», думали изгнать отъ себя болѣзнь. 
Ихъ жалобы, мольбы, монотонные и печальные возгласы «Алла, Аллй» до- 
носились отъ селенія къ селенію, наводя еще большее уныніе. 
Русскія власти обнаружили при этомъ необыкновенную мѣшкотность, 
