114 
С. РЫБАКОВЪ, 
Первая чуть дине преобладаетъ надъ послѣднею: по крайней мѣрѣ мнѣ 
удалось записать болѣе инструментальныхъ мелодій, чѣмъ вокальныхъ, или 
во всякомъ случаѣ въ паралель съ почти каждой пѣсенной мелодіей имѣется 
инструментальная, какъ свободная ея варіація. 
Музыкальное исполненіе у Башкиръ имѣетъ нѣкоторыя характерныя 
особенности. Въ виду преобладанія среди нихъ высокихъ голосовъ, они 
поютъ пѣсни въ высокихъ регистрахъ; въ связи съ особенностями пѣсенъ, 
ихъ размашистостью и мелодичностью слушатель какъ бы уносится эгимъ 
въ какую-то далекую высь, тогда какъ татарскія пѣсни лишены широты. 
Башкирскій музыкантъ, приступая къ игрѣ, тянетъ довольно продол- 
жительно одинъ и тотъ же звукъ, точно выдерживая начальную ноту 
мелодія подъ Фермато. Я сначала не видѣлъ особаго значенія въ такомъ 
обыкновеніи, но отнесясь внимательнѣе къ этому, я нашелъ, что оно имѣетъ 
свой смыслъ и цѣль. Беря извѣстный звукъ на свирѣли, игрокъ въ то же 
время начинаетъ голосомъ спускаться отъ этого звука внизъ, дѣлая при 
этомъ переходы болѣе слитные, чѣмъ хроматическіе, — до тѣхъ поръ, пока 
не дойдетъ до квинты внизъ отъ начальнаго звука. Найдя голосомъ квинту, 
онъ этимъ устанавливаетъ для себя строй, въ которомъ и начинаетъ за- 
тѣмъ играть мелодію. Выдающіеся артисты берутъ названный интервалъ 
весьма чисто, присоединяя сюда силу или могучесть тона; второстепенные 
музыканты находятъ эту квинту не всегда успѣшно и могутъ довольство- 
ваться приблизительною вѣрностью ея. 
Звуки курая вообще тихіе, такъ что въ шумномъ обществѣ ихъ не 
слышно почти, и другіе инструменты, напримѣръ, скрипка или гармонія 
заглушаютъ его. У хорошаго игрока игра на этомъ инструментѣ, не- 
смотря на тихіе тоны, пріобрѣтаетъ относительную силу и величественность. 
Инструментальную мелодію играющіе почти постоянно сопровождаютъ, по 
обычаю восточныхъ народовъ, неизмѣннымъ горловымъ звукомъ гнуся- 
щаго характера, представляющимъ вышеупомянутую квинту (то есть 
основной тонъ), точно органнымъ пунктомъ или педалью. Такое добавленіе 
кажется для европейскаго уха непріятнымъ, совсѣмъ лишнимъ, нарушаю- 
щимъ обаяніе мелодичности мотивовъ. Но Башкирамъ это обыкновеніе 
видимо нравится, если судить по общераспространенности его. 
Относительное богатство Фантазіи Башкиръ подтверждается еще тѣмъ, 
что по поводу почти каждой инструментальной мелодіи пли пѣсни, по край- 
ней мѣрѣ въ моей практикѣ, они сообщали какое-нибудь сказаніе или ле- 
генду, такъ что у нихъ можно было бы найти большой циклъ всевозмож- 
ныхъ сказаній и миѳовъ. 
Существуетъ еще особое искусство — такъ называемая игра горломъ , 
состоящая въ слѣдующемъ. Башкиръ- артистъ беретъ горломъ извѣстный 
