НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
127 
По свидѣтельству того же Риттиха, «Эсты до сихъ лоръ называютъ 
Нѣмцевъ пришельцами , угнетателями и 1 ). Да и какъ иначе могутъ туземцы 
смотрѣть на Нѣмцевъ, которые, но замѣчанію Карамзина 2 ): «съ мечемъ 
искали спасенія душъ въ убійствѣ людей». Кажется, однако, о снасеніи-то 
душъ менѣе всего думали Нѣмцы. 
Какъ, вообще, поступали нѣмецкіе проповѣдники, видно изъ слѣдую- 
щаго свидѣтельства современника: 
«Barvusen and predigere 
Waren im deme selben here. 
Da sach man den ersten brant 
Den brante eines predigeres hant 
Und eines barvusen darnach»... 3 ). 
Русскимъ, дѣйствительно, чужды были такою рода культурныя стре- 
мленія. Но что имъ не чужды были культурныя стремленія вообще, доста- 
точно указать на исторію Литвы. Приведу свидѣтельство Ярошевича 4 ): 
1) Въ «Христіанскомъ Чтеніи», за 1887 г., помѣщена статья г. Е. В. «Культурно- 
религіозныя движенія въ Лифляндіи». Авторъ, между прочимъ, говоритъ: «Нѣмцы въ 
пѣсняхъ иначе не называются, какъ грабителями, разбойниками, порожденіемъ діавола». 
Въ одной эстонской пѣснѣ говорится такъ: 
«Думать надо создалъ чортъ васъ 
Или змѣй старинный: 
Вы всегда объяты были 
Злобою змѣиной...» 
Пѣсня эта оканчивается слѣдующими знаменательными словами: 
«Даніилъ россійскій, сильный, 
Помоги намъ, просимъ! 
Пусть мы снова вольны будемъ, 
Снова рабство сбросимъ...» 
«По нашему мнѣнію, продолжаетъ г. Е. В., такія и еще болѣе рѣзко выраженныя чувства 
и желанія существовали во все время нѣмецкаго господства...» 
Приведу еще выдержки, въ переводѣ, изъ латышскихъ пѣсенъ: 
«Изъ крестовъ скована Русская земля, 
А эта (т. е. латышская) обезсилена господами; 
Чрезъ кресты восходитъ солнце, 
А чрезъ господъ заходитъ...» 
«Рига, Рига! красива, красива она! 
Но кто ее сдѣлалъ красивою? 
Тяжелая неволя ЛиФляндцевъ, 
Ихъ подкованные кони...» 
(«Памятники Латышскаго народнаго творчества». Собралъ и издалъ И. Я. Спрогисъ. 
Вильна, 1868 г., стр. 294 — 295). 
2) Карамзинъ III, 85. 
3) Reimchronik, ѵ. 4235 — 39 (Разсказывается о походѣ, въ 1255 г., противъ Жемои- 
товъ: «Босоногіе (т. е. Францискане) и проповѣдники (доминикане) были въ томъ же самомъ 
войскѣ; вотъ увидѣли первый пожаръ: его зажгла рука проповѣдника, а потомъ (и рука) 
босоногаго». 
4) Jaroszewicz — Obraz Litwy 1, 8tr. 174 — 175. 
I 
