НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
1 17 
какъ славяне Солупи и ея области, давно уже жившіе чуть не подъ бокомъ 
у христіанскаго культурнаго центра — Византіи? Ульъила былъ въ гораздо 
худшемъ положеніи, нежели Кириллъ съ Меѳодіемъ, которымъ самое со- 
стояніе языка славянскаго облегчило дѣло. Но чемъ же въ такомъ случаѣ 
ихъ заслуга? Конечно, не въ томъ, что они избѣгали языческихъ понятій, 
уже вытѣсненныхъ, но словамъ автора, изъ употребленія, а въ самой идеѣ, 
дать на туземномъ языкѣ св. писаніе христіанамъ, недавно ставшимъ тако- 
выми, и въ выполненіи этой идеи блестящимъ, безпримѣрнымъ образомъ: 
точность перевода (конечно, не только въ передачѣ христіанскихъ понятій, 
уже бывшихъ въ ходу и передававшихся или уже славянскими словами, 
или чужими, но понятными славянамъ) и въ то же время соотвѣтствіе его 
духу и строю славянскаго языка, созданіе переводомъ св. писанія прочнаго 
начала для христіанской литературы на славянскомъ языкѣ — вотъ въ чемъ 
заслуга славянскихъ первоучителей. Какъ же объяснить у автора такую 
неточность мысли, подкрѣпленной ссылкой на авторитетное имя Ѳ. И. Бу- 
слаева? Подъ вліяніемъ лирическаго настроенія (которое я назвалъ бы па- 
негирическимъ, которое болѣе, на мой взглядъ, умѣстно, въ иномъ мѣстѣ 
или иного рода трудѣ, нежели настоящій) авторъ увлеченъ былъ желаніемъ 
сильными, рельефными штрихами набросать грандіозную картину заро- 
жденія христіанскаго просвѣщенія у славянъ 1 ); поэтому и мысль Ѳ. И. Бу- 
слаева онъ примѣнилъ неточно, воспользовавшись отрывками изъ изслѣдо- 
ванія Ѳ. И. Буслаева для той цѣли, какой они не имѣли у почтеннаго 
ученаго. Вотъ, что говоритъ Ѳ. И. въ своемъ трудѣ: «Въ славянскомъ пе- 
реводѣ мы видимъ, что переводчики старались передать христіанскія поня- 
тія во всевозможной чистотѣ: все, что напоминало обрядъ или обычай язы- 
ческій и противный христіанству, они считали недостойнымъ евангельской 
чистоты». Это, какъ мы видимъ, и взято г. Воскресенскимъ; но у Ѳ. И. 
Буслаева эта мысль продолжена: «нѣтъ сомнѣнія, говоритъ онъ, что сла- 
вянскій языкъ уже задолго до Кирилла и Меѳодія служилъ органомъ 
христіанскихъ понятій: въ противномъ случаѣ никакъ не воз- 
можно было бы избѣжать словъ и выраженій, намекающихъ на 
языческій бытъ, при первой попыткѣ переложить св. писаніе. 
Благочестивые переводчики, греки по преданію, твердо и основательно 
знали славянскій языкъ; и слѣдовательно, какъ ревностные христіане, 
могли почерпнуть свое знаніе славянскаго языка только изъ источника хри- 
стіанскаго» (стр. 90 — 91) 2 ). Какъ видимъ, здѣсь дѣло иное: осторожный 
1) Иначе, какъ такъ, я не могу себѣ объяснить весь отрывокъ, завершающій собою 
длинную научную и спеціальную работу автора, на стр. 1 — 205. 
2) Далѣе — доказательства, что «во время перевода св. писанія христіанъ между сла- 
вянами было много», со ссылками на Anast. ВіЫ., Мацѣевскаго (Исторія первоб. церкви 
у славянъ), ШаФ ар ика (Древности). 
