58 
Е. Ѳ. Каічкій, 
Кругъ обрядовыхъ пѣсенъ въ разсматриваемомъ сборникѣ заканчи- 
вается пѣснями жнивными и дожиночными. Если исключить изъпихъ пѣсни 
случайно распѣваемыя во время полевыхъ работъ, какъ свадебныя, семей- 
ныя и вообще любовныя, то окажется, что мотивы собственно жнивныхъ 
пѣсенъ слѣдующія: тяжесть полевыхъ работъ и удаль жницъ (стр. 243 
255 а и б и др.); подобно купальскимъ пѣснямъ, и жнивныя иногда 
содержатъ элементъ издѣвательства (252 № 277). Но особенно типичными 
изъ жнивныхъ пѣсенъ оказываются тѣ, которыми сопровождается зави- 
ванье бороды козлу при дожинкахъ. Самый обрядъ прекрасно описанъ у 
г. Ш ейна на стр. 263 — 270. Объясненіе его можно найти у Поте бни 
въ Колядкахъ. Согласно съ Маннгартомъ, онъ объясняетъ обрядъ зави- 
ванія бороды и связь его съ козломъ тѣмъ, что по распространенному вѣ- 
рованію почти всѣхъ европейскихъ народовъ, «душа нивы есть козло- или 
козообразное существо (какъ Фавнъ, Сильванъ), преслѣдуемое жницами и 
скрывающееся въ послѣдній несжатый пукъ колосьевъ или послѣдній 
снопъ». Хлѣбъ, соль, которые кладутъ на землю при завиваніи бороды, и 
будутъ какъ бы жертвой этому существу. Вмѣстѣ съ послѣднимъ снопомъ 
или вѣнкомъ эта «душа нивы» переносится въ домъ хозяина. Образцы отно- 
сящихся сюда пѣсенъ на стр. 265. Вмѣстѣ съ завиваньемъ бороды проис- 
ходитъ и плетенье вѣнка. И это дѣйствіе сопровождается разными пѣснями, 
имѣющими больше характеръ благопожеланій хозяину и приглашенія встрѣ- 
тить небывалаго гостя (cp. I т. 1 ч., 275 № 310). Здѣсь такое же пред- 
ставленіе богатствъ добраго хозяина, какъ и въ колядскихъ пѣсняхъ. Къ 
нимъ примыкаютъ и другія въ этомъ родѣ, въ которыхъ разсказывается, 
какъ во дворъ хозяина заходитъ самъ Богъ, спорышъ и рай. Вотъ примѣры 
такихъ пѣсенъ (I т. 1 ч., 273 JV» 305): 
Ишоу Богъ дорогою, 
Ишоу Богъ широкою. 
Петрулька у воротъ стоиць, 
Шапочку у рукахъ дзержиць: 
«А ко мнѣ, Божа, ко мнѣ, 
«Зъ густыми снопами, 
«Зъ частыми копами». . . . 
Или (ib. 272 № 303): 
Ай ходзіу Спорышъ изъ конца вулицы въ конецъ, 
Ахъ нихто Спорыша да у хату ня зовець. 
Обобралась господыня да Мартынова жана: 
«Ходзи жа ты, Спорышъ, охъ у хату ко мнѣ 
