Разборъ этнографическаго труда П. В. Шейна. 
59 
«Приспоры мнѣ, Спорышъ, И у ДОМИ и у ІЮЛИ, 
«И у гумни, и у дворы, и у клѣци, и у печи». . . . 
Или (ib. 271 № 302): 
• 
Ходзіу Раю по вулицы, 
Нихто Раю у хату ня просиць: 
Обобрауся нашъ Иванька: 
«Ходзи, Раю, ко мнѣ у хатку»... 
Въ приведенныхъ пѣсняхъ останавливаютъ на себѣ вниманіе Спорышъ и 
Рай. Первое слово очень извѣстно въ названіи двойного предмета, колоска 
или орѣха; поэтому г. Шейнъ еще въ первомъ своемъ бѣлорусскомъ сбор- 
никѣ (1873 г., 520) полагалъ, что дожиночныя пѣсни въ нѣкоторыхъ мѣ- 
стахъ называются спорышовыми «вѣроятно оттого, что значительнѣйшая 
часть вѣнка состоитъ изъ спорышей, т. е. стеблей съ колосомъ двойчаткой». 
Но какъ замѣтилъ Потебня (Колядки, 168), спорыши встрѣчаются очень 
рѣдко, такъ что никоимъ образомъ большая часть вѣнка не можетъ со- 
стоять изъ нихъ. Вслѣдствіе этого спорышъ здѣсь слѣдуетъ разумѣть въ 
смыслѣ спорящій, приспоряющій, дѣлающій такъ, чтобы было споро, хва- 
тало на долго. Такимъ образомъ, Спорышъ здѣсь будетъ олицетвореніемъ 
богатства, урожая. — Гораздо труднѣе объяснить Рай. Шейнъ (ib. 523) 
полагаетъ, что «упоминаемый въ спорышевыхъ пѣсняхъ Рай, несомнѣнно, 
есть названіе бога жатвы», аттрибутъ коего — вѣнокъ и который «людямъ 
является въ олицетворенномъ образѣ цвѣтущей дѣвицы», т. е. той жницы, 
которая несетъ съ поля вѣнокъ. Это толкованіе О. Миллеромъ признано 
очень удачнымъ (Отчетъ о 18 присужденіи наградъ гр. Уварова, 54). Фа- 
минцынъ (Божества древн. славянъ, I, 318) полагаетъ, что въ этомъ Раѣ 
нельзя не узнать сокращеннаго имени мр. Урал (Юрія). Однако эти 
мнѣнія нельзя признать основательными. Мнѣ кажется болѣе правдоподоб- 
нымъ мнѣніе Потеб ни (Колядки, 168 — 172), который видитъ проникно- 
веніе Рая въ дожиночныя пѣсни изъ свадебныхъ, гдѣ рай является эпите- 
томъ коровая. О короваѣ во многихъ свадебныхъ пѣсняхъ говорится, что 
онъ посланъ отъ Бога (Чубин. IV, 231), что онъ «зъраю» (ib. 216), оттуда 
же, откуда встаетъ солнце и свѣтитъ мѣсяцъ (ib. 230 и 666). Названіе ко- 
ровая раемъ находимъ наир, въ слѣдующей малорусской пѣснѣ (Голов. 
IV, 245): 
Ой раю, ты мой раю, 
Пшеничный короваю 
О раѣ-короваѣ въ бѣлорусскихъ свадебныхъ пѣсняхъ рѣчь ниже. Въ другихъ 
