06 
Е. Ѳ. Карскій, 
нами «дзежу хлѣбницу», на крышку которой кладетъ кожухъ, шерстью 
вверхъ. Затѣмъ, обращаясь къ невѣстѣ, братъ говоритъ: «Чи садзися, чи 
откажися?» Если невѣста дѣвственница, то она садится на «дзежу», и начи- 
наютъ ее одѣвать; въ противномъ же случаѣ, она откажется сѣсть (ib. 87, 
98, 161 и др.). Но и помимо этого обряда, во время свадьбы еще прихо- 
дится прибѣгать къ кожуху. Когда новобрачные отъ родителей невѣсты 
пріѣзжаютъ въ домъ жениха, тогда мать послѣдняго выходитъ къ нимъ на- 
встрѣчу въ вывороченномъ шерстью наружу кожухѣ. Дружки въ это время 
поютъ (ib. 2 1 1 № 8): 
Ой знаци, знаци, 
Што чужая маци 
Не хоче приняци 
Чужого дзицяци. 
Вывернула кожушокъ, 
Да хоче спужаци. 
«А я цебе, маци, ни боюся, 
«Низко въ ножки поклонюся». 
Большимъ распространеніемъ также пользуется обычай зажигать со- 
лому и проводить черезъ нее новобрачныхъ. Когда новобрачные ѣдутъ въ 
домъ жениха, то, кромѣ другихъ препятствій, па улицѣ кладутъ снопъ со- 
ломы и зажигаютъ его. Черезъ такое пламя молодые должны проѣхать 
(ib. 28 и 118). Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ этотъ обрядъ происходитъ нѣ- 
сколько иначе. Передъ воротами дома невѣсты кладутъ крестообразно два 
пучка соломы, зажигаютъ ихъ и черезъ этотъ огонь проводятъ молодыхъ 
во дворъ (ib. 211). Какое бы значеніе ни имѣлъ этотъ обычай — служило 
ли зажиганіе соломы просто препятствіемъ похищать невѣсту, или же оно 
имѣло очистительный характеръ — во всякомъ случаѣ, онъ относится къ 
глубокой древности. 
Должно быть, пришлый обычай, или новѣйшаго происхожденія — 
класть деньги подъ ноги во время церковнобрачнаго обряда съ тѣмъ, чтобы, 
какъ говорятъ при этомъ, всю жизнь провести въ довольствѣ. 
Кромѣ матеріала для характеристики древнихъ обычаевъ и старин- 
ныхъ воззрѣній, въ сборникѣ г. Шейна находимъ не мало данныхъ и для 
изображенія современной жизпи бѣлорусса, какою опа является подъ влія- 
ніемъ такого радостнаго для него семейнаго событія, какъ женитьба члена 
семьи. Не касаясь подробностей, разсмотримъ лишь самыя характерныя 
проявленія веселости .у бѣлорусса, какъ они сказываются въ разнаго рода 
танцахъ. Въ сборникѣ находимъ подробное описаніе слѣдующихъ танцевъ: 
мяцелицы, закаблуки (I т. 2 ч., стр. 7), барыни, подушечекъ (ib. 8), ляво- 
нихи, бычка, воробья (ib. 169), жидовочки, чижика, цыганки (ib. 330), тря- 
сушки (ib. 334). Находимъ также, хотя бѣглую, но достаточно выразитель- 
ную характеристику современныхъ нравовъ (ib. 12) и воззрѣній (иапр., 
