116 
ОТЧЕТЪ О СОРОКОВОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
древній, до насъ не дошедшій сводъ. Въ части до 1206 года сводъ этотъ до- 
полненъ и исправленъ на основаніи свода 1206 года, изъ котораго сдѣлано 
нѣсколько сплошныхъ заимствованій — статей, не достающихъ въ сводѣ 1230. 
Наконецъ, въ части 1 206-1232 владимирскій сводъ частью распространенъ, 
а частью и сокращенъ ростовскимъ лѣтописцемъ, внесшимъ въ свой трудъ 
рядъ подробностей, извѣстныхъ ему изъ устнаго преданія, и измѣнившимъ въ 
своемъ подлинникѣ все то, что не было благопріятно покойному князю ростов- 
скому — Константину Всеволодовичу. Я не рѣшаюсь подробно останавли- 
ваться на доказательствѣ выставленныхъ здѣсь положеній: опредѣленіе 
состава Лаврентьевскаго списка, а также взаимныхъ отношеній его къ дру- 
гимъ лѣтописнымъ сводамъ можетъ быть предметомъ обширнаго изслѣдо- 
ванія. Укажу лишь, что только сравнительное изученіе различныхъ спи- 
сковъ и редакцій можетъ привести изслѣдователя къ точному опредѣленію 
состава того или другого памятника, а въ особенности такихъ памятниковъ, 
какъ лѣтописи. Въ данномъ случаѣ изслѣдованіе должно начинаться съ си- 
стематическаго сравненія Лаврентьевскаго списка съ ближайшими — Радзи- 
виловскимъ, Академическимъ и Переяславскимъ. Сравненіе это покажетъ, 
что Лаврентьевскій списокъ иногда представляетъ почти буквальное сход- 
ство съ названными списками, а иногда значительно отступаетъ отъ нихъ, 
представляя болѣе древнія чтенія. Такъ напр., Радзивиловскій п Академи- 
ческій списки J ) говорятъ о первоначальномъ поселеніи Рюрика въ Ладогу 
и о послѣдующемъ лишь основаніи Новгорода; Лаврентьевскій списокъ 
передаетъ разсказъ въ томъ древнемъ его видѣ, въ какомъ онъ сохранился 
въ Начальномъ сводѣ (отразившемся въ 1-й части Новгородской 1-й лѣтописи 
второй редакціи, т. е. редакціи всѣхъ ея списковъ, кромѣ Синодальнаго). Я ду- 
маю, что Лаврентьевскій сборникъ сохранилъ при этомъ чтеніе основнаго 
источника княжеской ростовской лѣтописи — владимирскаго свода 1230 года, 
вліяніе же второго источника — свода 1206 года (отразившагося въ Рад- 
зивиловскомъ и Акад. спискахъ) сказалось здѣсь въ томъ, что въ Лаврен- 
тьевскомъ сборникѣ опущено названіе города, гдѣ сѣлъ Рюрикъ: «ста- 
рѣйшій Рюрикъ, а другпй Синеусъ на Бѣлѣозерѣ, а третий Изборьстѣ 
Труворъ» — вотъ подлинное чтеніе Лаврентьевскаго сборника, исправляемое 
издателями, на основаніи Троицкаго списка, вставкою словъ: «сѣде Новѣ- 
городѣ» послѣ слова «Рюрикъ». Точно также подъ 988 годомъ церковь, гдѣ 
1) Переяславскую лѣтопись нельзя привлекать къ прямому сравненію съ прочими 
суздальскими сводами въ части до 1138 года. Изученіе ея, а также открытой г. Бѣлоку- 
ровымъ лѣтописи (ср. Русскія лѣтописи, М. 1898) не оставляетъ сомнѣнія въ томъ, что 
мы въ Архивскомъ спискѣ XV в. имѣемъ дѣло съ друмя памятниками: 1) лѣтописью не- 
изѣстнаго происхожденія, доходившею въ оригиналѣ по крайней мѣрѣ до 1143 года, 
2) лѣтописью Переяславскою, откуда заимствуется, начиная съ 1138 года, продолженіе къ 
первой лѣтописи. 
