46 
В. МЕЛІОРАНСКІЙ. 
Косвенно это говорятъ разсказы житія св. Николая о двухъ бичева- 
ніяхъ ирсіі. Ѳеодора и Николая въ Бонитѣ. Первый разъ императорскіе 
чиновники перехватываютъ письмо преп. Ѳеодора, гдѣ проповѣдуется по- 
клоненіе иконамъ и осуждается безуміе даря (έπίστολή δίαγραφουσα προσ- 
κύνησήν εικόνων καί του βασίλέως παράνοιαν); когда преп. Николай и Ѳеодоръ 
признали письмо своимъ , то дается сто ударовъ βουνεύροις сначала Ни- 
колаю, а потомъ Ѳеодору. 
Невдолгѣ вслѣдъ затѣмъ, когда еще не прошли слѣды этого наказанія, 
было перехвачено еще письмо, осуждавшее императора, и снова преп. Ни- 
колай подвергается жестокому наказанію: его, давно уже потерявшаго отъ 
побоевъ сознаніе, оставляютъ зимней порой (3 Февраля) обнаженнаго на 
дворѣ; затѣмъ стражникъ пытается «лестью» отвлечь Николая отъ предан- 
ности Ѳеодору, и послѣ неудачи подвергаетъ его мучительной пыткѣ — тер- 
заетъ веревками и выворачиваетъ кисти рукъ. Уже отсюда видно, что въ пе- 
репискѣ Ѳеодора преп. Николай какъ-то активно участвовалъ, если считался 
наравнѣ съ преп. Ѳеодоромъ, и даже болѣе чѣмъ Ѳеодоръ, въ ней винов- 
нымъ. А житіе преп. Ѳеодора, писанное гораздо раньше житія Николая, 
и ни слова не говорящее о искусствѣ послѣдняго какъ писца, описывая 
тоже истязаніе, уже прямо говоритъ, что Николая приказано было пытать 
перваго «ώς τούτων γραφέα». 
Въ житіи преп. Николая русской сокращенной Минеи (л. \Тн об.) *) 
находится тоже извѣстіе: чиновникъ спрашиваетъ исповѣдниковъ, ихъ ли 
письмо перехвачено: «они же непотаиша дѣла своего; преподобный бо 
Ѳеодоръ повелѣваше, а блаженный Никола писаше». Слова житія преп. 
Ѳеодора позволяютъ видѣть тутъ болѣе, чѣмъ удачную глоссу славянскаго 
переводчика — слѣдъ другой редакціи житія. Нѣтъ ли этого извѣстія въ 
дефектномъ житіи Paris. 1452? 
Итакъ полный, компактный, хронологически правильный сборникъ 
писемъ за эпоху отъ иконоборческаго собора до мая 819 г. существовалъ 
въ IX вѣкѣ; въ эти годы при преп. Ѳеодорѣ былъ безотлучно одинъ Ни- 
колай, а съ лѣта 816 года только онъ одинъ; онъ, славный тахиграФъ, 
писалъ подъ диктовку Ѳеодора эти письма; въ письменныхъ матеріалахъ 
недостатка не было. Кто же, какъ не Николай, могъ составить сбор- 
никъ? Кто, какъ не онъ, первый собиратель писемъ наставника, знатокъ 
патриотической литературы (см. житіе: ήν δε ακοήν ϋποκλίνων ταΐς πατέ- 
ρων διηγήσεσί καί τούτων βίους άνελίττων έκάστοτε έφωτίζετο), могъ со- 
ставить выше разобранныя схоліи? Понятно и раболѣпное подражаніе 
полнаго собранія нашему сборнику, если примять, что его окружалъ ореолъ 
1) Кіевъ, 1695 (?) г. 
