НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
219 
между собою совершенно несходны, почему слѣдуетъ думать, что нѣкогда 
Новг. 4-я лѣто и. доходила только до этого, 1447 года, — мы заключаемъ, что 
отрывокъ пзъ житія Михаила Александровича попалъ въ сводъ 1499 года 
изъ свода, старшаго, чѣмъ 1447 годъ. Но если мы привлечемъ къ срав- 
ненію ту редакцію Новг. 4-й лѣтописи, которая оканчивается на 1411 
году, мы съ полнымъ правомъ сдѣлаемъ выводъ, что тотъ основной сводъ, 
откуда внесенъ въ сводъ 1499 года отрывокъ изъ этого житія, еще стар- 
ше и относится къ началу ХУ в. Мы видѣли, какого происхожденія твер- 
скія извѣстія свода 1499 года: они восходятъ къ своду 1419 г., составлен- 
ному въ Ростовѣ между прочимъ на основаніи Тверской лѣтописи начала 
XV в., лѣтописи, доходившей до 1409 года. Слѣдовательно, и имѣя въ виду 
указанный списокъ Новгородской 4-й лѣтописи, который также воспользо- 
вался ростовскимъ сводомъ, составленнымъ въ 1419 голу, мы въ правѣ за- 
ключить, что отрывокъ житія Михаила Александровича находился уже въ 
этомъ ростовскомъ сводѣ, куда онъ попалъ изъ Тверской лѣтописи, состав- 
ленной около 1409 года. Отсюда прямой выводъ: житіе Михаила Алексан- 
дровича составлено въ началѣ XV в., вскорѣ послѣ его смерти (1399 г.). 
Впрочемъ, этотъ выводъ можно бы сдѣлать и изъ разсмотрѣнія внутрен- 
няго содержанія дошедшаго до насъ его отрывка: подробности въ описаніи 
смерти князя, начиная съ разсказа о возвращеніи въ Тверь посольства пзъ 
Царяграда, привезшаго князю икону Страшнаго Суда, обличаютъ въ ав- 
торѣ житія современника и очевидца. Можетъ быть, въ Тверской лѣто- 
писи начала XV вѣка читалось все житіе Михаила, можетъ быть имъ окан- 
чивалась эта лѣтопись, но составитель ростовскаго свода заимствовалъ пзъ 
него лишь нѣсколько строкъ предисловія и конецъ житія — описаніе смерти 
князя. Сводчикъ Новгородской 4-й лѣтописи внесъ все это въ свой лѣто- 
писный сборникъ, тогда какъ московскій сводчикъ 1499 года ограничился 
только разсказомъ о кончинѣ князя, опустивъ предшествующія ему строки 
предисловія. Это предисловіе весьма любопытно, а вмѣстѣ съ тѣмъ зага- 
дочно: изъ пего видно, что житіе Михаила составлено по приказанію ка- 
кого-то важнаго лица, имя котораго скрыто въ своеобразной тайнописи, 
понять которую весьма трудно: «яко же и се въ томъ подобное вещи, чи- 
таемъ мы, отче отцемъ кирилъ і\ с. р*. ч*. ее. Г. иже повелѣлъ ми есп панп- 
сати отъ жигіа премудраго Михаила боголюбца князя». Думаю, что вмѣ- 
сто кирилъ слѣдуетъ читать киръ и что слѣдующія за тѣмъ буквы скры- 
ваютъ имя Тверского епископа Арсенія: кого другого можно было назвать 
въ началѣ XV в. отцомъ отцовъ и ниже: «боголюбствомъ», «честною главою», 
наконецъ, «освященнымъ верхом г ь»? 
И такъ, въ Твер. сб. и въ другихъ лѣтописныхъ сводахъ подъ 1399 
годомъ помѣщенъ отрывокъ изъ житія Михаила, составленнаго въ началѣ 
