322 
ОТЧЕТЪ О СОРОКОВОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
большинство женщинъ признавало свое положеніе въ обществѣ правиль- 
нымъ и не выступало въ защиту себя; мужчины явились заступниками ихъ. 
Въ 1850 — 1854 г., въ брошюрѣ Д. Мацкевича « Замѣтки о оюенщинахъ» 
и въ журнальныхъ отзывахъ о ней проводились мысли, что приписывае- 
мые женщинамъ недостатки происходятъ отъ ихъ невѣжества, и поэтому, 
въ интересахъ ихъ, самого общества и молодого поколѣнія, необходимо 
давать женщинамъ основательное образованіе, обогащать ихъ умъ и сердце 
серьезными знаніями и чувствами, а не развивать въ нихъ только пріятные 
таланты. Доселѣ дѣвушку учили для того лишь, чтобы женихъ видѣлъ, 
какъ она граціозно танцуетъ или играетъ на Фортепіано. Дѣвица выхо- 
дитъ замужъ непріученная мыслить, а выйдя замужъ, вся погружается въ 
заботы о домѣ, о дѣтяхъ. Между тѣмъ разница въ умственныхъ способ- 
ностяхъ мужчинъ и женщинъ скорѣе качественная, нежели количествен- 
ная, и въ области человѣческихъ знаній нѣтъ ни одной науки, въ которой 
не нуждался бы умъ женщины. Только образованная женщина будетъ въ 
состояніи раздѣлять понятія супруга и руководить воспитаніемъ дѣтей. 
Мать безъ знанія — не въ полномъ значеніи слова мать. Такъ, мало по 
малу измѣнялся не только въ литературѣ, но и въ обществѣ взглядъ на 
женщину, какъ подругу жизни; лучшіе люди требовали отъ жены не од- 
нихъ внѣшнихъ качествъ и нравственныхъ достоинствъ, но и развитія и 
образованія. И развитіе женщинъ уже получало характеръ, направленный 
не только къ литературѣ, но и къ политическимъ и общественнымъ нау- 
камъ, къ знанію во всѣхъ его развѣтвленіяхъ. Не мало женщинъ посѣ- 
щало публичныя лекціи, которыя въ 40-хъ годахъ уже становились усло- 
віемъ общественной жизни; но образованіе большинства дѣвушекъ разви- 
валось скорѣе количественно, нежели качественно; ихъ развивала не столько 
школа, сколько чтеніе. 
Бъ этотъ періодъ времени явилось нѣсколько весьма замѣчательныхъ 
писательницъ, преимущественно романистокъ, которыя обладали несомнѣн- 
нымъ умомъ и наблюдательностію. (Въ научные труды женщины еще не 
углублялись, потому что имъ недоставало серьезныхъ знаній). Писатель- 
ницы появлялись, не смотря на то, что иные возставали противъ самой воз- 
можности быть женщинѣ писательницей. Такъ думали: гр. Сперанскій, 
Бѣлинскій въ первые годы, Рахманный, «Отеч. Записки», «Москвитянинъ», 
Дружининъ, даже сами писательницы — · Корсини, Кохановская... Графъ 
Сперанскій въ 1820 г. писалъ дочери: «Трудно опредѣлить, какимъ обра- 
зомъ можно быть авторомъ въ корсетѣ. Признаюсь, мнѣ всегда было 
смѣшно, когда я воображалъ себѣ Μ -me Staël сидящею за большимъ бюро 
и за кипою бумагъ... Все, что можно женщинамъ дозволить, это есть — быть 
m-me Sévigné; это ихъ родъ, пес plus ultra женскаго генія; изрѣдка можно 
