94 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ПЕРВОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
цахъ и владѣвшихъ лавками ^). Несмотря на промышлеппыя занятія бобы- 
лей, положеніе ихъ, вообще, было, но всей вѣроятности, хуже крестьян- 
скаго: обѣднѣвшіе крестьяне подавали челобитныя правительству съ 
просьбами дозволить имъ въ виду своего разоренія «жить въ бобыляхъ» ^). 
Итакъ, молшо согласиться съ г. Дьяконовымъ въ томъ, что бобылемъ 
(преимущественно въ XVI в.) называли не только преимущественно одино- 
каго, но и бѣднаго человѣка, владѣвшаго дворомъ и обыкновенно занятато 
какою нибудь работою или мелкимъ промысломъ, по которымъ онъ, разу- 
мѣется, и обложенъ былъ соотвѣтствующими податями. 
Отъ средняго типа бобыля существовало два отклоненія, указан- 
ныя г. Дьяконовымъ: съ одной стороны встрѣчались бобыли, лишен- 
ные даже усадебной осѣдлости; съ другой особенно въ XVII в, появляется 
не мало бобылей, владѣвшихъ пашенными участками. Въ писцовыхъ кни- 
гахъ XVI вѣка, если только онѣ составлены обстоятельно, уже встрѣ- 
чаются извѣстія о бобыляхъ, живущихъ въ чужихъ дворахъ ®). Есте- 
ственно, что «положеніе ихъ, могло понижаться до низшихъ ступеней 
общественной лѣстницы, гдѣ они сливались съ разношерстою массой 
казаковъ, монастырскихъ дѣтенышей, захребетниковъ, прикромниковъ, 
подсусѣдниковъ, задворныхъ людей и т. п.» (стр. 219). Едва ли же- 
лательно, однако, подобно г. Дьяконову, вполнѣ смѣшивать перечи- 
сленныя ими состоянія въ ихъ отношеніи къ бобыльству. Слѣдуетъ замѣ- 
тить прежде всего, что между бобылями, имѣвшими усадебную осѣдлость 
и бобылями захребетниками, жившими на чужихъ дворахъ, нельзя прове- 
сти особенно рѣзкой разницы: бобыли послѣдняго типа, во всякомъ слу- 
чаѣ иногда, владѣя собственнымъ дворомъ, нанимались на сторонѣ, гдѣ и 
могли ихъ заставать писцы и дозорщики. Такъ напр., въ сотной по Ке- 
рети 1574 — 1575 г. говорится о бобыляхъ, «которые промышляли въ 
варницахъ, дрова сѣкли, а лѣтомъ ходили на море, на судѣхъ наимуючись» 
и тѣмъ не менѣе имѣли собственные дворы. Такіе же примѣры можно 
найти и въ дозорной книгѣ Бѣжецкой пятины 1593 — 1594 гг., судя по 
которой чуть ли не въ каждомъ имѣніи встрѣчаются бобыли, живущіе на 
своихъ дворахъ, причемъ къ описанію ихъ хозяйствъ обыкновенно присово- 
куплено замѣчаніе: «кормятца межъ крестьянъ работою»^). Не мало бы- 
вало случаевъ, однако, когда бобыли оказывались лишенными усадебной 
осѣдлости; они, вѣроятно, довольно часто жили па чужихъ дворахъ въ 
1) г. Шмелевъ, Ор. cit., стр. 569 — 570; авторъ, къ сожалѣнію, не указываетъ на 
время, къ которому относится извѣстіе почерпнутое имъ изъ рукописей Онежскаго крест- 
наго монастыря, о Саввѣ Шемякинѣ. 
2) Влад. губ. вѣд. за 1867 г., 34 (1640 г.). 
3) Писц. кн. XVI в. изд. подъ ред. Н. Калачева, т. I, стр. 893, 900, 904, 905, 908 и 911. 
4) Н. Рожковъ, Рец. на соч. М. Дьяконова въ Ж. М. Н. ІІр. за 1899 г., Л'» 1, стр. 242. 
