108 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ПЕРВОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Таковы, какъ намъ кажется, важнѣйшіе хозяйственные Факторы част- 
наго прикрѣпленія крестьянъ къ землевладѣльцамъ и значеніе ихъ въ раз- 
витіи того явленія, которое г. Дьяконовъ частью затронулъ въ разныхъ 
мѣстахъ своей книги, причемъ высказалъ не мало цѣнныхъ замѣчаній для 
его выясненія, частью iite оставилъ безъ вниманія; предоставивъ читате- 
лямъ своихъ очерковъ пополнить нѣкоторые изъ пробѣловъ своего сочи- 
ненія, онъ не попытался свести во едино наблюденія, придающія указан- 
ной нами сторонѣ прикрѣпленія должную рельефность, 
IV. 
Новымъ и своеобразнымъ Факторомъ въ развитіи прикрѣпленія надо 
считать «старину» или «институтъ старожильства», значеніе котораго 
г. Дьяконовъ подвергъ обстоятельному изслѣдованію. 
«Обычный институтъ старожильства, пишетъ авторъ, представляетъ 
одно изъ любопытныхъ, но къ сожалѣнію мало выясненныхъ явленій обще- 
ственнаго быта древней Руси, Онъ обязанъ своимъ возникновеніемъ отнюдь 
не правительственной практикѣ Московскихъ государей. Корни его восхо- 
дятъ къ глубокой старинѣ: еще [?] Псковская судная грамота упоминаетъ 
старыхъ изорниковъ. Не смотря однако настоль продолжительный періодъ 
существованія, этотъ институтъ въ своихъ основныхъ чертахъ заключаетъ 
много неопредѣленнаго и неяснаго. Поэтому конечно и то не многое, что 
сказано въ литературѣ о старожильцахъ, очень мало выясняетъ ихъ быто- 
выя и юридическія особенности. Кто считался старожильцемъ, и въ чемъ 
заключались особенности ихъ положенія среди сельскаго населенія древней 
Руси? Дать опредѣленный отвѣтъ на эти вопросы представляется дѣломъ 
чрезвычайно труднымъ» (стр. 16). Въ одномъ изъ своихъ очерковъ г. Дья- 
коновъ «предлагаетъ попытку представить сводъ нѣкоторыхъ чертъ этого 
института». Итакъ, признавая частное происхожденіе старины и не пуска- 
ясь въ изученіе причинъ, вызвавшихъ её, авторъ тѣмъ не менѣе стре- 
мится дать опредѣленіе интересующаго его «института». При такихъ 
условіяхъ самое опредѣленіе должно было получить въ изложеніи г. Дья- 
конова описательный, а не генетическій характеръ. Прежде всего, по 
мнѣнію автора, нельзя не отмѣтить одной общей черты старожильства, а 
именно извѣстной давности поселенія или жительства (стр. 19). Далѣе 
г. Дьяконовъ обратилъ вниманіе (кромѣ уже выше цитированнаго вывода 
на стр. 22 его книги) на тѣ споры владѣльцевъ «о преимущественныхъ 
правахъ па крестьянъ старожильцевъ», въ которыхъ стороны въ подтверж- 
деніе своихъ правъ приводятъ ссылки не на порядныя и пе на правила о 
крестьянскомъ выходѣ, а на оффиціальпыя описи и различные документы, 
