НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
119 
владѣльческомъ имѣніи и т. іі. Вотъ почему «старина по крѣпостямъ» до- 
вольно часто упоминается въ памятникахъ. Третьимъ родомъ доказатель- 
ства служили ссылки на запись въ писцовыя книги, чего не отрицаетъ 
и г. Дьяконовъ (стр. 37). Жаль только, что авторъ «очерковъ» не счелъ 
нужнымъ остановиться на развитіи своего положенія. 
Подробное разсмотрѣніе основныхъ выводовъ г. Дьяконова о кресть- 
янской старинѣ приводитъ насъ къ заключенію, что, хотя авторъ и не изу- 
чилъ причинъ возникновенія старины, однако онъ много сдѣлалъ для того, 
чтобы выяснить дѣйствіе столь мало извѣстнаго до сихъ поръ Фактора въ 
процессѣ прикрѣпленія; взамѣнъ генетическаго опредѣленія старины мы 
находимъ въ «очеркахъ» г. Дьяконова лишь простое описаніе ея; группи- 
ровка основныхъ разновидностей «института старожильства» и анализъ его 
оттѣнковъ, можетъ быть, также не отличаются опредѣленностью. За то 
въ «очеркахъ» много весьма существенныхъ разысканій о степени примѣ- 
ненія принципа старины къ регулированію отношеній крестьянъ къ земле- 
владѣльцамъ въ процессѣ государственнаго прикрѣпленія; страницы книги 
г. Дьяконова, посвященныя изученію этого явленія по полнотѣ свѣдѣній 
и разработкѣ частностей не оставляютъ желать ничего лучшаго. Слѣдуетъ 
замѣтить, наконецъ, что г. Дьяконовъ, не довольствуясь изученіемъ ста- 
рины крестьянской, обратилъ вниманіе и на распространеніе ея на отноше- 
нія другихъ классовъ сельскаго населенія къ землевладѣльцамъ. Весьма 
поучительны, напримѣръ, наблюденія г. Дьяконова, приведшія его къ за- 
ключенію, что возраставшая зависимость половниковъ отъ землевладѣль- 
цевъ создавала благопріятныя условія для перенесенія па половниковъ по- 
нятія о старожильствѣ, съ которымъ связано было и самое прикрѣпленіе 
ихъ (очеркъ IV). Выяснивъ, какимъ образомъ отсрочка и переводъ долга 
въ новую порядную лишь временно облегча.ти затруднительное положеніе 
несостоятельнаго порядчика, авторъ приходитъ, къ заключенію, что отно- 
шенія подобнаго рода еще болѣе связывали его съ хо.зяпномъ. Фактиче- 
ски выходъ для порядчика становился все болѣе и болѣе труднымъ. 
«При такихъ условіяхъ была готова почва для примѣненія къ половни- 
камъ понятій о старожильцахъ, которые правомъ перехода не пользова- 
лись. Повидимому, и эта идея успѣла уже пустить корпи въ понятіяхъ 
современниковъ. Монастырскія власти въ послѣдней четверти XVII вѣка 
настояли на различеніи «старинныхъ и половппчьпхъ дворовъ», кото- 
рые «учинились за ними изстари во владѣньи», отъ «половничьихъ ново- 
прибылыхъ дворовъ». Съ различіемъ ихъ былъ пока связанъ только раз- 
личный порядокъ отбыванія государственнаго тяг.іа; по на этомъ процессъ 
не могъ остановиться въ своемъ естественномъ ростѣ и долженъ былъ бы 
дойти до тѣхъ же или весьма сходныхъ съ ними явленій, какими характе- 
