140 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ПЕРВОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
ХѴ-го вѣка мы встрѣчаемъ примѣры въ родѣ слѣдующаго: «Въ Наво- 
лочскомъ погостѣ (Деревской пятины) за кп. Д. А. Пѣпкомъ село Студе- 
пецъ: дв. кпшкъ Даниловъ человѣкъ Нестерикъ Павловъ, сѣетъ ржи 3 
коробьи, а сѣна коситъ 30 копенъ; обжа, старого дохода изъ хлѣба по- 
ловье»; далѣе идетъ описаніе «христьянскихъ дворовъ»*). Въ памятникахъ 
первой половины XVI в. уже моніно разыскать указанія не только на «двер- 
ныхъ и дѣловыхъ людей», но и на отличаемыхъ отъ нихъ «людей деревен- 
скихъ» ^), Въ теченіе ХѴІ-го вѣка, невидимому, постепенно устанавли- 
вается опредѣленный терминъ для зарождающагося состоянія задворнаго 
холопства. При описаніи Тверского уѣзда въ 1539 — 1540 гг, хотя Фактъ 
жительства «людей» въ особыхъ дворахъ уже существуетъ, но въ до- 
вольно слабой степени; писцы обыкновенно описываютъ его такъ: «деревня 
такая то, въ ней... одинъ или нѣсколько дворовъ, въ иихъ живутъ люди 
землевладѣльца»; наряду съ такими дворами упоминаются и крестьянскіе^). 
Болѣе опредѣленныя указанія объ этомъ разрядѣ населенія относятся ко 
второй половинѣ того же вѣка. Такъ напримѣръ, въ писцовой книгѣ Ше- 
.лопской пятины 1571 — 1572 гг. сохранились свѣдѣнія о томъ, что у мно- 
жества помѣщиковъ были «за дворомъ люди»; рѣже употребляется Фор- 
мула: «дворъ землевладѣльца такого-то, а людскихъ дворовъ столько то», 
или «а на задворку живутъ люди его такіе то»; наконецъ при описаніи 
помѣстья Лѳанасья Еремѣева между прочимъ сказано: задворныхъ людей 
Оѳанасьевыхъ: в. Ѳишко Яковлевъ; в. Ѳетко Ивановъ; в. Яшко Немчинъ» ^) 
Едва ли можно считать подобнаго рода указанія не заслуживающими вни- 
манія: они свидѣтельствуютъ о томъ, что изучаемый нами терминъ ста.іъ 
невидимому входить въ употребленіе въ послѣдней трети XVI столѣтія. Во 
всякомъ случаѣ, судя по извѣстіямъ первой трети XVII вѣка, по крайней 
мѣрѣ въ нѣкоторыхъ изъ уѣздовъ Московскаго государства, задворные 
люди можетъ быть и не представляютъ такой рѣдкости, какъ думаетъ 
г. Дьяконовъ. Въ извѣстныхъ намъ писцовыхъ книгахъ разрядъ задвор- 
ныхъ людей, правда, не выдѣленъ изъ состава людскихъ дворовъ, но изъ 
того, что правительству пока еще не было нужды зачислять ихъ въ особую 
группу при регистраціи, нельзя еще заключать, что и самого разряда не 
существовало: судя по нѣкоторымъ признакамъ можно даже прійти къ об- 
ратному выводу. При описаніи отдѣльныхъ имѣній, напримѣръ, упомянуты 
1) Новгород. Писц. КН., т. II, стр. 458. 
2) Сборникъ актовъ, изд. Н, Лихачевымъ, в. I, № 5 (1545 — 1546 гг.). 
3) Писц. КН. XYI в., т. II, стр. 42—47, 49, 54, 56, 120, 126—127, 129, 132; ср. т. I, 
стр. 220 и 744. 
4) Моек. Арх. Мин. Иностр. дѣлъ, книга по Новгороду, № 8, лл. 74, 118 об. — 119, 122, 
215; А. Ю., № 10^· извѣстіе о помѣстьѣ А. Еремѣева уже было указано г. Рожковымъ. 
