НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
197 
«Считаемъ нулиіымъ еще разъ предупредить», закапчиваетъ авторъ 
свои сообщенія объ ученыхъ заслугахъ профессоровъ, «что мы при этой 
классификаціи не имѣемъ въ виду послѣдующей дѣятельности этихъ лицъ, 
а только ихъ предварительную подготовку къ этой дѣятельности. Съ этой 
точки зрѣнія группа иностранныхъ профессоровъ и въ количественномъ, и 
въ качественномъ отношеніи стояла выше своихъ русскихъ коллегъ. Но 
значительное численное преобладаніе иностранцы имѣли только въ началѣ; 
къ концу десятилѣтія стала замѣтно возрастать цифра русскихъ профессо- 
ровъ и въ 1814 г. сравнялась съ числомъ иностранцевъ. Что же касается 
до качественнаго превосходства иностранцевъ, то оно, во 1-хъ, не было 
особенно значительно, во 2-хъ, не было и постоянно, въ 3-хъ, что самое 
главное, — русскіе профессора, хотя бы и хуже подготовленные, менѣе та- 
лантливые, имѣли преимущество передъ иностранцами въ дѣлѣ преподава- 
нія и научныхъ изслѣдованій, благодаря своему русскому происхожденію; 
незнаніе иностранцами русскаго языка и условій русской дѣйствительности 
оказывалось огромнымъ тормазомъ въ ихъ педагогической и научной дѣя- 
тельности» (с. 542). Итакъ, классификація имѣетъ въ виду научныя за- 
слуги профессоровъ до ихъ вступленія на каѳедры харьковскаго универ- 
ситета (почему, напримѣръ, Успенскій и попалъ въ 3-ю категорію) и та- 
кимъ образомъ интересна лишь для разъясненія вопроса, кого выбирали 
или назначали. Нельзя не пожалѣть, что здѣсь не сопоставлена другая 
классификація, въ неполномъ видѣ помѣщенная въ концѣ главы, которая 
съ одной стороны разъяснила бы, что сдѣлало данное лицо на своемъ новомъ 
поприщѣ, съ другой же стороны показала бы, насколько двинулась впередъ 
въ Харьковѣ за этотъ періодъ русская наука; сопоставленіе такихъ клас- 
сификацій было бы любопытно. Должно, впрочемъ, сказать, что авторъ 
въ своей первой классификаціи не ограничивается разъясненіемъ вопроса 
о выборѣ, какъ видно изъ приведенныхъ выше его^словъ; онъ приводитъ 
ее, чтобы наглядно показать перевѣсъ иностранцевъ надъ русскими при 
открытіи университета «и въ количественномъ и въ качественномъ отноше- 
ніи», между тѣмъ, если обратить вниманіе на приписанные мною годы за- 
нятія профессорами каѳедръ, окажется, что классификація г. Багалѣя 
приводитъ совсѣмъ къ иному выводу: въ годъ открытія университета пер- 
вый «рангъ» состоялъ по преимуществу изъ русскихъ, которыхъ было 
трое, противъ одного иностранца; второй рангъ заключалъ въ себѣ двухъ 
нѣмцевъ, двухъ русскихъ, одного Француза и одного славянина; наконецъ, 
третій рангъ — семерыхъ нѣмцевъ, двухъ Французовъ, двухъ не русскихъ 
славянъ и только двухъ русскихъ ^). Такимъ образомъ въ качественномъ 
1) Слѣдуетъ прибавить, что приведенная классификація должна нѣсколько измѣ- 
ниться, въ виду того, что Филипповичъ, помѣщенный г. Баг алѣемъ въ третьемъ рангѣ. 
