17 
одинъ изъ ПЁСТРЫХЪ XVII СТОЛѢТІЯ. 
Римѣ коллегію «De Propaganda fide» и при ней школу для обученія лицъ, 
православныхъ по происхожденію, напримѣръ, греческихъ и славянскихъ 
юношей, при чемъ при поступленіи въ школу требовали отъ нихъ принятія 
уніи. Находясь въ Москвѣ въ 1582 году, онъ просилъ Іоанна IV Грознаго 
разрѣшить русскимъ юношамъ обучаться въ этой школѣ. Хотя просьба его 
отклонена царемъ, но іезуиты не оставляли своихъ плановъ: въ 1600 году 
польскій король Сигизмундъ III, Фанатическій покровитель іезуитовъ, черезъ 
своего посла Льва Сапѣгу предлагалъ Борису Годунову завести во многихъ 
городахъ — въ Москвѣ, Новгородѣ, Псковѣ и др. — костелы для поляковъ и 
при нихъ школы для обученія русскихъ; просилъ также дозволить русскимъ 
обучаться въ польскихъ и литовскихъ училищахъ. Но эти предложенія были 
отвергнуты. 
Какое вообще значеніе въ дѣлѣ распространенія своего вѣроисповѣ- 
данія придавали школѣ западные сосѣди Руси, видно, между прочимъ, изъ 
того, что позднѣе шведскій король Карлъ XI заводилъ, по свидѣтельству 
Б ер а, па лифляндской границѣ школы для русскихъ съ цѣлью обращенія 
ихъ въ лютеранство. Припомнимъ здѣсь также и слова выходца изъ Запад- 
ной Руси Пав.та Нагребецкаго въ че.іобитной на Яна Бѣ.юбодскаго. Когда 
Янъ Бѣлободскій, утверждая свое православіе противъ обвиненій въ проте- 
стантизмѣ, говорилъ, что раньше онъ былъ католикомъ и, что іезуиты боя- 
лись, чтобы онъ въ Смоленскѣ «академіи, сирѣчь науки, не заводилъ», то 
Нагребецкій называлъ слова Бѣлободскаго лоніью, такъ какъ іезуиты были 
бы очень рады, чтобы не только въ С.моленскѣ, по и въ Москвѣ распростра- 
нялись науки чрезъ него, ибо они справедливо полагали, что такимъ путемъ 
скорѣе можно было бы пріучить православныхъ къ своей вѣрѣ (см. Д. Цвѣ- 
таевъ: «Памятники къ исторіи протестантства въ Россіи», т. I, 198 стр.). 
Изъ сказаннаго ясно, чтод.ля московскихъ людей ХѴІ-го вѣка были се- 
ріозпыя причины опасаться заведенія школъ иностранцами, такъ что ограни- 
чиваться одною ссылкой на невѣжество не достаточно. 
Въ эпоху смуты Русскому правительству свѣтскому и духовному — 
было не до школъ. Но когда Россія пережила тяжелое время и смута улег- 
лась, снова возникъ вопросъ о школахъ, въ которыхъ преподавались бы и 
иностранные языки. Существуетъ цѣлый рядъ документальныхъ свидѣ- 
тельствъ о томъ, какъ Московское правительство заботилось найти не на 
Западѣ, а въ Греціи хорошихъ учителей, которые могли бы преподавать 
греческій языкъ и переводить книги съ греческаго на русскій языкъ. 
Если еще въ 1585 году Сильвестръ, патріархъ Александрійскій, пи- 
салъ царю Ѳеодору: «составь училище и поставь наказателя, чтобы въ 
немъ учились греческой грамотѣ и были бы научены отъ многихъ боже- 
ственныхъ книгъ всей мудрости Божіей православной вѣры», а его преем- 
Запнски Ист.-фил. Отд. 2 
