82 
с. H. БРАИЛОВСКІЙ. 
быть ОДНОЮ изъ побудительныхъ причинъ къ такому поступку была ску- 
дость и нищета. 
Выше было указано, что именно въ 1680 и 1681 году Каріонъ Исто- 
минъ, по повелѣнію патріарха, получаетъ особыя денея^ныя дачи «другимъ 
не въ образецъ и не въ примгьръь. Не имѣютъ ли связи эти денежныя по- 
дачки съ намѣреніемъ Каріона покинуть монашество? Весьма вѣроятію, 
что патріархъ Іоакимъ уже въ это время сумѣлъ оцѣнить трудолюбиваго и 
свѣдущаго инока и старался различными милостями удержать его при себѣ. 
Какъ бы то ни было, но патріархъ Іоакимъ, человѣкъ дѣятельный и 
юбящій просвѣщеніе, не могъ не обратить вниманія па Каріона, замѣтно 
выдѣлявшагося изъ среды прочихъ иноковъ Чудова монастыря умѣньемъ 
писать проповѣди и слагать вирши. А разъ это случилось, Каріону легко 
было, при его несомнѣнномъ желаніи добиться почетнаго полонюнія въ Мо- 
сквѣ (иначе зачѣмъ было ему и переселяться изъ Курска въ Москву), под- 
держивать вниманіе къ себѣ патріарха и пріобрѣтать постепенно его рас- 
полонсеніе. 
Что патріархъ Іоакимъ былъ расположенъ къ Каріону, ясно видно 
изъ того, что 31-го декабря 1684 года онъ вмѣстѣ съ архимандритомъ 
Спаса Новаго монастыря Игнатіемъ былъ посланъ патріархомъ для произ- 
водства слѣдствія надъ владыкою Смоленскимъ Симеономъ. Этотъ владыка, 
при поставленіи своемъ на архіепископію Смоленскую въ 1676 году, да- 
валъ обѣщаніе «во святѣй велицѣй соборнѣй церкви святыхъ апостоловъ 
каноны, и святыя соборы, иже на сохраненіе правыхъ повелѣній собра- 
шася, и отъ нихъ уставленныя правила, и святыя уставы елики по различ- 
нымъ временамъ и лѣтамъ изобразишася, и ни единымже правомъ против- 
ныя мудрствовати» . . . «Такожде обѣщался еси во всемъ послѣдовати и 
повиноватися отцу твоему ему святѣйшему патріарху и нивчемъ его не 
ослушатися, и всему освященному собору россійскому, преосвященнымъ 
митрополитамъ архіепископомъ и епископомъ братіи твоей во всемъ со- 
гласну быти» . . . Эти обѣщанія свои владыка Симеонъ потомъ нарушилъ: 
«Ты же оное все презрѣвъ отмѣнилъ еси одежды Архіерейскія началъ тогда 
украшатися вопервыхъ ризами, построилъ оныя не почину, возносяся надъ 
прочія архіереи, и корѣту здѣладъ еси кичливымъ а не смиреннымъ обра- 
зомъ» ... За это Симеона наказали запрещеніемъ и отпустили изъ Москвы, 
взявъ съ него слово, что онъ будетъ вести себя хорошо. Но, пріѣхавъ въ 
Смоленскъ, Симеонъ не унимался: «И ты пріѣхавъ тамо еще пущшія вы- 
мыслы вгордость дмущія во всемъ, во отмѣнныхъ ризныхъ украшеніяхъ, 
и вкоретномъ строеніи сотворилъ еси: но и патріаршескому престолу, дмяся 
всуетѣ мысли твоея, восхотѣлъ еси равенъ быти, яко такуюжде митру на- 
рочно передѣлавъ началъ еси посити. и мантіи и камплавы подѣлалъ еси 
