одинъ изъ ПЁСТРЫХЪ XVII СТОЛѢТІЯ. 
233 
на школьный возрастъ. Сказаннаго однако мало. Нельзя не обратить вни- 
манія на тщательную переписку катихизиса, на оставленныя пустыми мѣста 
для заглавія и прописныхъ буквъ: такъ роскошно писались только сочи- 
ненія, предназначаемыя для царской семьи. И не трудно угадать, для какого 
лица изъ царской Фамиліи могъ предназначать свой катихизисъ Каріонъ 
Истоминъ. Въ царской семьѣ, какъ видѣли въ первой части, былъ одинъ 
царевичъ, которому много поднесъ онъ красиво переписанныхъ и разукра- 
шенныхъ киноварью учебныхъ и нравственно-религіозныхъ книгъ. Царе- 
вичъ этотъ — Алексѣй Петровичъ, несчастный сынъ великаго Преобразо- 
вателя Россіи. Въ первой части нашего изс.іѣдованія высказано предполо- 
женіе, что Каріонъ, можетъ быть, состоялъ преподавателемъ Закона Божія 
при царевичѣ. Катихизисъ какъ бы подтверждаетъ нашу мысль. Въ самомъ 
дѣлѣ, мы знаемъ, что Петръ Великій, послѣ первоначальнаго обученія царе- 
вича у НикиФора Вяземскаго, предполагалъ отправить его за границу. Но 
такъ какъ этотъ планъ не удалось привести въ исполненіе, то съ 1703 года 
учителемъ царевичу назначенъ былъ баронъ Генрихъ Гюйсенъ, замѣча- 
тельно умный и образованный человѣкъ. Въ это время Гюйсенъ написалъ 
Наказъ о воспитаніи Алексѣя Петровича, состоящій изъ девяти статей. 
Первая статья этого наказа гласитъ: «Понеже истинный страхъ Божій 
начало есть всея премудрости, и оный особливо въ сердца и чувства госу- 
даричей и предбудущихъ правителей, съ самой ихъ юности, надлежитъ 
вкоренять и ихъ къ познанію приводить, что они высокое достоинство на 
семъ свѣтѣ, въ которомъ обрѣтаются, по милости Божіей имѣютъ и оному, 
яко царю царемъ и Гду Гдемъ, овсегда въ дѣлахъ и поступкахъ своихъ 
тяжкій отвѣтъ давати должны суть, того ради паче всѣхъ вещей, при воз- 
ращеніи его высочества, надлежитъ на то смотрѣти; однакожъ понеже 
учитель иной церкви есть, а не той, въ ней же его высочество рожденъ и 
возращенъ быть имѣетъ, и того ради онъ учитель при своемъ чинѣ въ 
пунктѣ, о вѣрѣ принадлежащемъ, попеченіе не надлежитъ имѣть, но то 
весьма иному управленію да оставитъ». (Устряловъ, Исторія Петра В., 
т. VI, прилож., стр. 299). Это иное управленіе, несомнѣнно, должно было 
принадлежать какому-либо духовному лицу, которое могло бы внушить 
царевичу «страхъ Божій, ревность о справедливости, легкосердіе, велико- 
душіе, сожалѣніе, щедрость, постоянство въ рѣшеніяхъ, вѣрность и вѣру 
держати». . . (ibid. ст. 2). То же духовное лицо могло руководить цареви- 
чемъ, когда онъ приступилъ бы къ выполненію второго параграфа учебнаго 
плана. А этотъ параграфъ требовалъ: «Также дабы его высочество по 
утру, до начатія своего ученія, и въ вечеру, по окончаніи онаго, всегда по 
двѣ г.іавы изъ библіи явственно и съ прилежаніемъ прочиталъ, и при томъ 
тотъ порядокъ употреблять, что егда всю библію совершитъ, тогда Новый 
