одинъ изъ ПЁСТРЫХЪ XVII СТОЛѢТІЯ. 
243 
тическаго ихъ содержанія, чтобы видѣть, насколько отражается въ нихъ 
жизнь современнаго ему общества. 
Непривлекательна картина русскаго общества второй половины XVII в. 
Мало отраднаго представляла умственная жизнь этого общества. 
Правда, сознана была потребность въ просвѣщеніи, стремились завести на 
Руси школы п науку свободную, но продолжительный застой и отсталость 
лишали русскаго человѣка силы и способности встрѣтиться съ цивилизаціею 
и наукою и овладѣть ею. И, какъ неизбѣжное слѣдствіе духовной слабости, 
явилось двоякое отношеніе къ этой новой грядущей силѣ — къ наукѣ и 
цивилизаціи. Одни съ жаромъ увлекаются ею, преклоняются предъ новымъ 
и чужимъ; другіе, напротивъ, съ ужасомъ отворачиваются отъ всего но- 
ваго и чужого и упорно держатся стараго, считая его священнымъ. Отсюда 
неизбѣжно вытекало столкновеніе новыхъ людей, учениковъ близкихъ намъ 
малороссійскихъ монаховъ, съ старыми учителями, окончившееся появле- 
ніемъ раскола. Только невѣжество могло породить такое явленіе, какъ 
расколъ. 
Еще печальнѣе картина нравственнаго состоянія русскаго общества 
въ XVII столѣтіи. 
Въ немъ развиты были всевозможные пороки. Выдающимся было 
пьянство. По словамъ Олеарія, «всѣ, какого бы званія, пола и возраста ни 
были, духовные и свѣтскіе, мужчины и женщины, молодые и старые, пьютъ 
водку во всякій часъ, послѣ и во время обѣда». Извѣстіе иностранца под- 
тверждается цѣлымъ рядомъ свидѣтельствъ русскихъ пастырей. Такъ, 
одинъ архіерей, побуждая священниковъ учить народъ, говоритъ: «Видимъ, 
что въ простыхъ людяхъ, особенно же и духовныхъ чинахъ укоренилась 
злоба сатанинская безмѣрнаго хмельнаго упиванія». . . ; а нѣкій игуменъ 
бьетъ челомъ великому государю: «отъ пьянства бываетъ многая вражда и 
мятежи; иные священники, клирошане и простая братія въ томъ обычаѣ 
закоснѣли и отъ такого нестроенія игуменамъ бываютъ перемѣны частыя». 
Другимъ порокомъ была грубость, которая проявлялась во взаимныхъ 
отношеніяхъ начальника къ подчиненному, — боярина къ крестьянипу. Та же 
грубость господствовала и въ отношеніяхъ между членами семьи. Отецъ и 
мужъ ЯВЛЯ.1СЯ деспотомъ своей семьи и жены. Этому много способствовали 
обманы при заключеніи браковъ. По словамъ Котошихпна, «во всемъ свѣтѣ 
нигдѣ такова на дѣвки обманства нѣтъ, яко въ московскомъ государствѣ». 
Дѣйствительно, прибѣгали ко всякаго рода обману, чтобы сбыть иногда 
увѣчную или некрасивую дѣвушку. Понятно, что обманутый женихъ ста- 
рается избавиться отъ ненавистной супруги. Опъ, по словамъ того же Кото- 
шихина, «тогда умыслитъ надъ нею учинить, чтобы она постриглась; а 
будетъ по доброй его волѣ не учинитъ, не пострижется, и онъ ее бьетъ и 
16 * 
