ОДИПЪ изъ ПЕСТРЫХЪ XVII СТОЛѢТІЯ. 
303 
трѣнію, и предивному и неприступному богословію;... сія опаснѣйшій и 
твердостойный, не мечтаемый умъ. . . Велика убо и преславпа вещь и дивна 
ми бываетъ и слышаніемъ, коль же паче тоя разумѣніемъ!» Понятно, что 
такая ваяіная наука не дается легко и надъ изученіемъ ея «надобѣ сидѣти 
у учителя добраго годъ ровенъ, упразнившуся отъ всѣхъ житейскихъ 
плищь и печалей и любити трезвеніе всегда и воздержатися отъ всякаго по- 
коя и угоженія гортаннаго и сна и винопитія». . . Не смотря, однако, на 
горячую проповѣдь Максима Грека о пользѣ грамматики, голосъ его пока 
оставался для переводчиковъ и переписчиковъ Московской Руси голосомъ 
вопіющаго въ пустынѣ. Первая грамматика русскаго языка появилась въ 
Москвѣ почти сто лѣтъ спустя послѣ его смерти. Русь юго-западная въ 
этомъ отнощеніи значительно опередила Русь сѣверо-восточную. Въ силу бо- 
лѣе высокой культуры и большого распространенія просвѣщенія, въ первой 
болѣе сильно чувствовалась потребность въ грамматикѣ. И потому въ концѣ 
XVI столѣтія здѣсь появился первый цѣльный грамматическій трудъ. То была 
грамматика еллинословенская, напечатанная во Львовѣ въ 1591-мъ году^). 
Грамматика эта представляетъ плохую компиляцію изъ другихъ грам- 
матикъ, о чемъ говорятъ сами составители: «Γρααματικ·/; ενντεθεισα г/, διά- 
φορων γραμματικών (пли въ переводѣ на русскій языкъ сказано; «Грамма- 
тика сложенна от различных грамматикъ, спудейми н;е въ Лвовской школѣ» 
л. 7). Въ обращеніи къ «многопменитому россійскому роду», которымъ со- 
ставители предварили свою грамматику, указываются слѣдующія четыре 
части ея: «. . .и вначалѣ убо сію начинающе, четырмя же ея часми предо- 
бучаемъся. Яже суть ороограФІя, просодія, етпмологія и синтаксисъ, сирѣчь, 
правописаніе, припѣваніе, правословіе, и съчиненіе». Затѣмъ идетъ выясне- 
ніе пользы грамматики: «сія бо есть первая ключъ отверзаяй умъ разумѣтп 
писанія, от нея же яко по ступенехъ всю лѣствпцу, по чину ученій, трудо- 
любпвіи достизаютъ. діалектики, риторики, мусики, арпометики, геометріи, 
и астрономіи, и сими же седмп, якоже нѣкіимъ съсудом разсужденія почер- 
паемъ ФИЛОСОФІИ» (л. 3-й). Грамматика опредѣляется разнообразію. Всѣ 
эти опредѣленія собраны въ особомъ отдѣлѣ, озаглавленномъ: «О Грамма- 
тіцѣ» (л. 9). 
«Грамматика» — читаемъ здѣсь — «есть, художество учащее насъ умная 
писати. п яко къ кому мѣрително, пли числително вещественна, съ разсу- 
жденіемъ повѣдающа». 
1) Вотъ полное заглапіе этой .грамматики: Αοελφοττ,ς Грамматика доброглаголиваго 
Еллинослопенскаго языка. Совершеннаго искусства осми частей слова. Ко наказанію много- 
именитому Россійскому роду. Во Лвовѣ. Вдрукарки Братской. Року. ^аФча». (= 1501 г.). 
Грамматика напечатана на одной страницѣ по-гречески, а на другой по-славянски. Дальше 
приводимъ славянскій текстъ, оставляя греческій въ сторонѣ. 
