НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
149 
появившуюся, кажется, въ концѣ петровской эпохи, происхожденіе которой, 
по крайней мѣрѣ для насъ, не совсѣмъ ясно. Намъ кажется, что она не 
могла произойти органически изъ московской скорописи XVII вѣка и что 
въ ней чувствуется вліяніе южно - русскаго письма многочисленныхъ при 
Петрѣ и послѣ Петра въ московской Руси южно - русскихъ выходцевъ, ко- 
торые, между прочимъ, держали въ своихъ рукахъ московскую Академію 
и другія московскія школы. Такимъ образомъ приходится говорить не о 
вліяніи московскаго письма на южно-русское или обратно, а о сліяніи двухъ 
типовъ письма въ одинъ, общій и сѣверу, и югу Россіи. 
Русская палеографія, несмотря на всю свою важность, не въ модѣ у 
насъ; занимающіеся этою наукою считаются единицами; изданія, ей посвя- 
щенныя, появляются у насъ рѣдко и почти не находятъ себѣ сбыта. Все 
это дѣлаетъ необходимымъ поощреніе трудовъ по палеографіи. Недостатки 
труда г. Каманина, нами указанные, не лишаютъ его значенія. Систематич- 
ность въ подборѣ снимковъ и умѣніе разобраться въ подавляющей массѣ 
сырого матеріала заставляютъ насъ видѣть въ И. М. Каманинѣ одного изъ 
лучшихъ нашихъ знатоковъ въ области какъ русской палеографіи, такъ 
и архивнаго матеріала. 
Итакъ, мы надѣемся, что Академія Наукъ не откажетъ труду И. М. 
Каманина въ одной изъ меньшихъ наградъ графа Уварова. 
