154 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ВТОРОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
цову къ рабогГ. и указалъ ему кое гдѣ матеріалъ, но предшественникомъ 
его на поприщѣ изслѣдованія анекдотовъ о глупцахъ онъ называться не 
можетъ. 
Переходя къ изложенію собственныхъ выводовъ, г. Сумцовъ выска- 
зываетъ вполнѣ справедливое положеніе, что изученіе отдѣльныхъ основ- 
ныхъ мотивовъ сказаній о глупцахъ представляетъ большій историко-лите- 
ратурный интересъ, нежели изученіе ихъ групповыхъ сочетаній (стр. 2). 
Раздѣливъ весь матеріалъ, подлежащій его изслѣдованію, на два боль- 
шихъ отдѣла: сказанія о глупыхъ индивидуумахъ и сказанія о глупыхъ наро- 
дахъ , г. Сумцовъ называетъ нѣсколько особенно устойчивыхъ мотивовъ, 
часто встрѣчающихся въ соединеніи съ другими, весьма разнообразными, 
и указываетъ на двухъ частныхъ случаяхъ возможность связи безфор- 
менныхъ сказаній этого рода съ пѣснями свадебными и скоморошьими 
(стр. 3 — 4). 
Затѣмъ авторъ говоритъ о территоріальномъ пріуроченіи своего ма- 
теріала (сказки о глупыхъ народахъ) и о пріуроченіи личномъ (стр. 4 — 5) 
и наконецъ о научномъ значеніи своей работы. 
«При изслѣдованіи анекдотовъ о глупости, но словамъ г. Сумцова, 
представляются двѣ трудности: обиліе мотивовъ на эту тему и, главное, 
большое ихъ разнообразіе и разрозненность. Мнѣ, какъ автору, пріятно не 
то, что мнѣ удалось собрать и сгруппировать довольно большой матеріалъ. 
При большемъ усердіи и располагая болѣе свободнымъ временемъ, на этомъ 
пути можно достичь значительно болѣе крупныхъ результатовъ. Мнѣ 
пріятно сознаніе , что мнѣ удалось установить внутреннюю логическую и 
гісторико-литературную связь между многими мотивами и представить 
ихъ въ большинствѣ въ надлежащей послѣдовательности. Правда, не вездѣ 
это мнѣ удалось, и нѣкоторыя главы висятъ, такъ сказать, на воздухѣ, безъ 
внутренней связи съ другими главами; но полнаго успѣха весьма трудно 
достичь при изученіи пестраго калейдоскопа народной словесности вообще, 
а мотивовъ о глупости въ особенности. 
Настоящее изслѣдованіе о крупномъ отдѣлѣ народной словесности и 
его многочисленныхъ развѣтвленіяхъ, на нашъ взглядъ, бросаетъ нѣкото- 
рый свѣтъ на всю народную словесность, до нѣкоторой степени харак- 
теризуетъ ея международный характеръ и внутреннюю связь различ- 
ныхъ ея Формъ и родовъ, отъ мелкаго анекдота до обширныхъ повѣстей 
и пѣсенъ. 
Въ историко-литературномъ отношеніи настоящій нашъ трудъ облег- 
чаетъ рѣшеніе сложныхъ вопросовъ о вліяніи западныхъ Фабліо, Фаце- 
цій, новеллъ и нѣмецкаго Тилля Эйленшпигеля на русскую народную сло- 
весность». 
