54 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ТРЕТЬЕМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
торѣ и въ надворныхъ судахъ. Такимъ образомъ создался сложный и орга- 
низованный институтъ, названіе котораго заимствовано, по всей вѣроят- 
ности, изъ Французскаго государственнаго права. Изъ сказаннаго нами о 
происхожденіи его, — думаемъ, можно вывести, что должность Оберъ-про- 
курора въ Св. Синодѣ, въ значеніи органа государственнаго надзора, 
«ока царева» и сберегателя («стряпчаго») государственныхъ дѣлъ, учреж- 
дена какъ необходимая, по историческому развитію органовъ надзирающей 
власти и по принципамъ коллегіальнаго устройства государственныхъ 
учрежденій, составная часть Духовной Коллегіи. — Такъ мы, въ противо- 
положность объясненію г. Рункевича, понимаемъ и, по нашему мнѣнію, 
слѣдуетъ понимать происхожденіе оберъ-прокурорской должности въ 
Св. Синодѣ. 
По пункту б). Авторъ монографіи нестройно изложилъ содержаніе 
оберъ-прокурорской инструкціи. Изложивъ значительную часть ея содержа- 
нія, онъ на стр. 278 высказываетъ: «заканчивалась (заканчивается?) ин- 
струкція уподобленіемъ оберъ-прокурора оку цареву и стряпчему о дѣлахъ 
государственныхъ» и т. д. За тѣмъ онъ критикуетъ «составленіе» ел и 
снова, по окончаніи критики, возвращается къ ея содержанію (стр. 279): 
«Но пятому пункту инструкціи, Оберъ-прокурору «должно въ своей дирек- 
ціи имѣть» и т. д. — Далѣе, — г. Рункевичъ допустилъ неточности въ 
критическихъ своихъ замѣткахъ объ инструкціи оберъ-прокурора. Онъ 
говоритъ: «Эта инструкція не была сенатомъ составлена примѣнительно къ 
генералъ-прокурорской, какъ того требовалъ высочайшій указъ, а 
буквально съ нея списана съ замѣною только двухъ словъ» (стр. 278). — 
Высочайшій указъ не требовалъ отъ сената «составить инструкцію», а 
повелѣвалъ «дать инструкцію» оберъ-прокурору. Что касается до того, что 
она «списана», — объясняется вышеприведеннымъ нами указомъ Государя 
о способѣ составленія регламентовъ для коллегіи «противъ Адмиралтейской 
Коллегіи», повелѣвающимъ «перемѣнять только имена, а анштальтъ» остав- 
лять «во всемъ сходнымъ». — Отмѣченныя г. Рункевичемъ «несообразности» 
въ инструкціи правильнѣе назвать недосмотрами копіиста, ее писавшаго. 
По пункту в). Критика г. Рункевича положеній и мнѣній гг. Благо- 
видова и Голубева, въ особенности Благовидова, написанная менѣе, 
чѣмъ на двухъ страницахъ (ст. 279 — 280), производитъ на меня крайне 
тяжолое и непріятное впечатлѣніе. Какъ бы я желалъ, чтобы ея не было 
въ такомъ ученомъ трудѣ, какова — разсматриваемая монографія! Это 
ложка дегтя въ кадкѣ меду. Критика написана болѣе чѣмъ рѣзко, неуважи- 
тельно къ ученымъ трудамъ достоуважаемыхъ авторовъ, исполнена невѣр- 
ностей, ошибокъ и даже непристойности. Критика краткая, но г. Рунке- 
вичъ ссылается въ примѣчаніи на «краткую свою рецензію на книгу» 
