74 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ТРЕТЬЕМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
въ качествѣ сборщика податей? Авторъ такого ограниченія не выстав- 
ляетъ, а между тѣмъ это весьма важно. Изъ актовъ, относящихся къ дру- 
гимъ мѣстностямъ, можно отмѣтить всего два подобныхъ случая, когда 
ямщики стоятъ рядомъ съ даныциками 8 ). Не указывая подобныхъ случаевъ, 
авторъ не сомнѣвается въ повсемѣстномъ существованіи ямщиковъ - сбор- 
щиковъ спеціальнаго налога, изъ которыхъ выводитъ позднѣйшихъ ямщи- 
ковъ - начальниковъ надъ ямами, хотя прослѣдить эту связь по документамъ 
ему и не удалось (60). Одновременно съ тѣмъ, какъ стали упоминаться 
ямы - станціи, упоминаются и ямщики на ямахъ; въ подорожныхъ грамотахъ 
всегда встрѣчается выраженіе: «по ямомъ ямщикомъ». Важной заслугой ав- 
тора является то, что ему впервые удалось доказать, что эти ямщики вовсе 
не были ямщиками-возницами, а управляли ямами. На каждомъ яму ихъ 
было 2 — 4 человѣка, которые сообща заботились о томъ, чтобы на яму были 
на готовѣ подводы съ приписанныхъ къ яму сохъ, чтобы гонцовъ не за- 
держивали, чтобъ давался кормъ, были въ исправности дороги и мосты и 
проч. Кругъ обязанностей ямщиковъ очерченъ авторомъ совершенно ясно 
(57 и сл.). Изъ ихъ вѣдомства явствуетъ, что ямщики должностныя лица, 
приказные люди. Авторъ поэтому едва ли не напрасно чуть не цѣлую стра- 
ницу посвящаетъ доказательству, «что ямщикъ — не промыселъ (sic), а 
должность» (58), и тѣмъ болѣе, что его соображенія не выдерживаютъ 
критики. Авторъ думаетъ, что если о ямщикахъ говорится — «такой то 
съ товарищи»; или: имъ велѣно «на яму стряпати», — то будто эти выра- 
женія указываютъ болѣе на должностное положеніе ямщиковъ (58). Между 
тѣмъ очевидно, что товарищъ могъ быть во всякомъ дѣлѣ, во всякомъ хо- 
зяйствѣ; стряпать же значитъ дѣлать, работать. Про выбраннаго ямского 
охотника, котораго авторъ рѣзко отличаетъ отъ ямщика, говорилось, что 
ему «ямская стряпня стряпати можно» (А. Ю. Λ 1 ® 278). На основаніи одной 
/ 
грамоты, въ которой сказано о выборѣ ямщиковъ всѣмъ населеніемъ, ав- 
торъ заключаетъ, что эта должность была «въ принципѣ выборною, но на 
практикѣ вѣроятно иногда переходила отъ отца къ сыну. Слѣдуетъ однако 
думать, что сыновья подвергались новымъ выборамъ» (59 — 60). Одна гра- 
8) Въ жалованной грамотѣ Тверскому Отрочу монастырю 1361 — 1365 гг.: «ненадобѣ 
имъ никоторая дань, ни ямъ, ни подвода, ни тамга... и данници наши, и ямщики, и писци, 
и пошлиньники, кто иибуди, атъ не въѣздять и не всылають къ монастырскимъ людемъ 
нипочто». Тоже дословно повторено въ грамотѣ тому же монастырю 1457—1461 г. А. Э., 
№№ 5 и 34. Въ 1492 году билъ челомъ митр. Зосимѣ архим. Константино-Еленовскаго 
монастыря на Дмитріевыхъ дѣтей Рѣннина, что сказываютъ, будто купили у монастыря 
двѣ деревеньки; «а въ великаго князя, господине, книгахъ Алексѣева письма Полуектова 
тѣ деревни писаны монастырскіе, а тягломъ, господине, описаны тяжело добрѣ, полторы 
четверти сохи; и по тѣмъ, господине, книгамъ письменнымъ великого князя данщики и 
ямщики и городное дѣло и всѣ пошлины емлютъ на мнѣ». Румянц. Музей, сборн. Бѣляева 
№ 1620, л. 249. 
