НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
21 
книгахъ, какъ историческомъ источникѣ, очень многое выяснено трудами 
покойнаго Миклашевскаго и гг. Лапно-Данилевскаго, Милюкова, 
Чечулина, Лапно. И самъ авторъ принялъ участіе въ этой работѣ, 
незадолго до изданія своей диссертаціи напечатавъ въ Т рудахъ Архео- 
графической Коммиссіи Московскаго Археологическаго Общества (т. I, 
вып. 2) статью: «Къ вопросу о степени достовѣрности писцовыхъ книгъ». 
Но въ диссертаціи о сельскомъ хозяйствѣ въ Московской Руси было бы 
желательно не разъясненіе общаго критическаго вопроса о степеии досто- 
вѣрности писцовыхъ книгъ, а спеціальная, какъ бы сказать, техническая 
установка способа, какъ слѣдуетъ ихъ читать и понимать, чтобы пользо- 
ваться ими, какъ источникомъ для исторіи народнаго и именно сельскаго 
хозяйства. 
Писцовое дѣло въ древней Руси иммѣло свою технику, еще не вполнѣ 
выясненную, и въ писцовыхъ книгахъ немало условностей, о которыхъ 
можно спорить. Тѣмъ или другимъ рѣшеніемъ этихъ спорныхъ подробностей 
условливаются способы ученаго пользованія источникомъ. Какъ составля- 
лись обывательскія «сказки» для писца и по нимъ производился писцовый 
«досмотръ», какъ писецъ писалъ «но своему наѣзду», когда «сказывались ему 
сами», какъ составленныя писцами книги сличались въ Помѣстномъ приказѣ 
съ подлинными сказками и почему между ними оказывались несходства — всѣ 
моменты и пріемы писцоваго дѣла надобно выяснить читателю, чтобы онъ 
не затруднялся понять, почему изслѣдователь пользуется писцовыми книгами 
такъ, а не иначе, какое значеніе придаетъ извлекаемымъ изъ нихъ дан- 
нымъ. Еслибы для выясненія всего этого въ писцовыхъ книгахъ XVI в. 
не нашлось достаточныхъ указаній, можно обратиться къ XVII вѣку, по- 
тому что основные пріемы и цѣли дѣла оставались прежніе, хотя обстоятель- 
ства, при которыхъ составлялись позднѣйшія писцовыя кипги, были иныя, 
по замѣчанію автора въ упомянутой его статьѣ. 
Писцовыя книги — это книги «сошнаго письма», а сошпое письмо не 
совсѣмъ кадастръ или кадастръ, какъ его попималп въ древней Руси. Вни- 
маніе писца было обращено не на точное опредѣленіе совокупности 
наличныхъ хозяйственныхъ средствъ, даже не на опредѣленіе тягловой 
«мочи» податныхъ силъ, а на поддержаніе или подъемъ прежняго уровня 
Фискальной доходности описываемаго податного округа, на то, чтобы 
въ государевыхъ податяхъ передъ прежними писцовыми книгами ни- 
чего «не убыло», а по возможности «прибыло». Писецъ высчитывалъ услов- 
ныя окладныя едипицы, а не дѣйствительныя платежныя силы. Эти 
окладныя единицы, сохи съ ихъ подраздѣленіемъ — вытями, высчи- 
тывались чисто математически, но пространству «пашни паханой», безъ 
вниманія къ колебаніямъ въ хозяйственномъ положеніи плательщиковъ; 
