НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
101 
выкли будто бы при посѣщеніи латинскихъ костеловъ, вмѣстѣ съ латиня- 
нами, класть поклоны при произнесеніи словъ Господа: пріимите... Воро- 
тившись въ Москву изъ Польши они будто бы и въ Московскихъ церквахъ 
стали класть поклоны тоже на слова Господа, а смотря на нихъ и «велико- 
россійскій народъ отъ простоты, или якорещи, отъ ревности и благоговѣнія 
(невѣдый о семъ истины) нача въ то время кланятися». Вотъ когда 
и откуда прежде всего появился па Москвѣ и въ великороссійскомъ народѣ 
«латинскій подвергъ». Съ такимъ объясненіемъ дѣла нашъ авторъ вполнѣ 
согласенъ (стр. 105). 
Но, очевидно, требуется самая незначительная доля критики, что бы 
признать этотъ разсказъ «о нѣцыихъ юношахъ» рѣшительно несостоятель- 
нымъ, позднѣйшею очень неудачною выдумкою въ видахъ объяснить, хотя 
бы какъ нибудь, непонятный и удивительный для современниковъ Фактъ, 
что латинское ученіе о временн пресуществленія было когда то общеприз- 
наннымъ ученіемъ всей русской церкви. Въ самомъ дѣлѣ: если извѣстно, 
что юноши нѣцыи иногда и ѣздили съ Москвы учиться въ Польшу, то 
остается рѣшительно неизвѣстнымъ, что бы они тамъ усердно ходили къ 
церковнымъ службамъ въ латинскіе костелы, молились тамъ, подражая 
латинамъ, и усвоили себѣ латинскіе церковные обычаи такъ, что забыли 
или бросили обычаи православные. Но предположимъ, что такъ дѣйстви- 
тельно было, и что усвоившіе латинскіе обычаи юноши воротились въ 
Москву, что же дальше? Очевидно они пошли по московскимъ церквамъ и 
здѣсь стали во время богослуженія держаться латинскихъ обычаевъ, а 
народъ сталъ смотрѣть на нихъ и, слѣпо подражая имъ, началъ бросать 
свои родные дѣдовскіе церковные обычаи и поскорѣе мѣнять ихъ на новые 
латинскіе. Такъ и соблазнили эти нѣцыи юноши весь «великороссійскій 
народъ», всю нашу церковную іерархію... Въ дѣйствительности конечно 
ничего подобнаго не было и только дѣтское легковѣріе, грубо сочиненную 
сказку, можетъ принять за дѣйствительное событіе. 
Кромѣ «юношей нѣцыихъ» авторъ признаетъ еще два другихъ Фак- 
тора, которые содѣйствовали утвержденію у насъ во второй половинѣ 
XVII вѣка латинскаго ученія о времени пресуществленія св. даровъ, это 
были: малорусская духовная литература и Симеонъ Полоцкій. 
По заявленію автора, въ Кіевской митрополіи православное ученіе о 
времени пресуществленія св. даровъ, подъ вліяніемъ латииства, было 
окончательно вытѣснено въ сороковомъ году XVII вѣка, съ какого времени 
въ южно русской церкви, во всѣхъ ея церковнобогослужебныхъ и учитель- 
ныхъ книгахъ, всецѣло стало господствовать уже латинское ученіе. А такъ 
какъ южно-русская духовная литература нашла себѣ доступъ и широкое 
распроссраоеніе въ Московской Руси, то и здѣсь на Москвѣ латинское 
