106 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ЧЕТВЕРТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Медвѣдевъ, проповѣдуя ученіе, признаваемое всею церковію, какъ Мос- 
ковскою, такъ и южно-русскою, за правильное и православное, не могъ быть 
виновникомъ и иниціаторомъ спора. Споръ могъ возбудить, конечно, не 
тотъ, кто вѣрилъ и училъ, какъ вѣрили и учили всѣ, а тотъ, кто отрицалъ 
общепризнанное ученіе и замѣнялъ его другимъ новымъ, доселѣ неизвѣст- 
нымъ или непризнаннымъ ученіемъ. Кто же въ самомъ дѣлѣ былъ первымъ 
виновникомъ и иниціаторомъ возгорѣвшагося спора? Конечно его можно 
было искать и въ тогдашней Московской средѣ, если бы среди ея возможенъ 
былъ такой человѣкъ, который, еаучно-кретически изучая тогдашнія вѣро- 
ванія и обычаи Московской церкви, открылъ бы и убѣдился, что Москов- 
ская церковь, принимая ученіе о пресуществленіи св. даровъ словами Гос- 
пода, расходится въ этомъ пунктѣ съ православною греческою церковію и 
сближается съ латинскою, и потому сталъ бы учить и проновѣдывать, что 
русскимъ нужно отказаться отъ латинскаго ученія и замѣнить его право- 
славнымъ греческимъ. Но такихъ русскихъ людей, которые бы занимались 
научно-критическою провѣркою наличныхъ церковныхъ вѣрованій и обы- 
чаевъ, у насъ тогда не было. Значитъ, иниціатора спора нужно искать въ 
числѣ пришлыхъ въ Москву людей и, въ частности, среди грековъ, кото- 
рые, въ противоположность тогдашней русской церковной практикѣ, могли 
по этому вопросу сослаться на практику и ученіе вселенской греческой 
церкви. Такими лицами и были пріѣхавшіе въ Москву греки братья Лихуды, 
которые дѣйствительно и подняли первые въ Москвѣ вопросъ, на диспутѣ 
съ Бѣлободскимъ, о времени пресуществленія св. даровъ, показавъ москви- 
чамъ, что они ранѣе въ этомъ пунктѣ держались латинскаго ученія, несо- 
гласнаго съ ученіемъ и практикою всей греческой церкви. Слѣдовательно 
не Медвѣдевъ, какъ говоритъ авторъ, а братья Лихуды были у насъ ини- 
ціаторами и виновниками спора о времени пресуществленія св. даровъ. 
Трудно даже понять, почему авторъ не соглашается съ этимъ очевиднымъ 
и Фактически вѣрнымъ рѣшеніемъ вопроса и, безъ всякихъ сколько нибудь 
серьезныхъ основаній, призналъ иниціаторомъ спора Медвѣдева, — развѣ 
и тутъ дѣйствовало желаніе во что бы то нистало обѣлить Лихудовъ, хотя 
бы для этого потребовалось завинить и невиннаго на этотъ разъ человѣка. 
Признавая Лихудовъ первыми, выдвинувшими у насъ ранѣе не суще- 
ствовавшій вопросъ о времени пресуществленія св. даровъ, мы естественно 
и необходимо встрѣчаемся съ другимъ труднымъ вопросомъ, который со- 
всѣмъ обойденъ у нашего автора: какимъ образомъ осторожные Лих} г ды 
сразу рѣшились выдвинуть публично такой крайне щекотливый и прямо 
для нихъ, какъ пришельцевъ, рискованный вопросъ, который задѣвалъ вѣро- 
исповѣдную честь русскихъ, всегда такъ сильно гордившихся своимъ стро- 
гимъ во всемъ, до послѣднихъ мелочей, православіемъ, и, въ сознаніи сво- 
