244 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ЧЕТВЕРТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Мин. Нар. Пр. за 1876 г.). Но обширное изслѣдованіе Васильевскаго, 
новидимому, не вполнѣ удовлетворило Купина, и онъ продолжалъ искать 
охотниковъ для изученія записки, пока не встрѣтилъ въ г. Вестбергѣ спе- 
ціалиста по космографіи, который, по его мнѣнію, могъ воспользоваться 
заключающимися въ памятникѣ астрономическими данными для болѣе точ- 
наго опредѣленія времени, къ которому слѣдуетъ пріурочить Фрагменты. 
Куникъ не ошибся въ выборѣ и получилъ въ авторѣ «Комментарія» 
очень внимательнаго п преданнаго послѣдователя. Разбираясь въ литературѣ 
вопроса, г. Вестбергъ имѣлъ случай нѣсколько разъ подчеркнуть свою 
солидарность съ Ку никомъ и несогласія съ другими, писавшими о томъ же. 
Онъ приписываетъ первому «геніальное чутье», называетъ его «лучшимъ 
знатокомъ древняго періода русской исторіи» и утверждаетъ, что «его сочи- 
ненія по этому предмету навсегда останутся краеугольнымъ камнемъ для 
будущихъ изслѣдователей», о прочихъ же говоритъ съ сожалѣніемъ, что 
они не пошли по пути, проложенному Ку никомъ, и предпочли избранные 
ими самими закоулки. 
Посмотримъ теперь, что сдѣлалъ нашъ авторъ, вступивъ на путь, про- 
ложенный Куникомъ. 
Отрывокъ 1. Оставляя въ сторонѣ мелкія Филологическія замѣчанія 
и соображенія, касающіяся болѣе удовлетворительнаго перевода нѣкоторыхъ 
мѣстъ, остановимся здѣсь на выводахъ автора относительно мѣста пере- 
правы черезъ Днѣпръ. Г. Вестбергу кажется не подлежащимъ сомнѣнію, 
что переправа была въ порожистой части Днѣпра. Въ подтвержденіе своего 
домысла онъ ссылается на Бурачкова и на письмо начальника судо- 
ходства по рѣкѣ Днѣпру. Но нельзя не замѣтить, что въ текстѣ греческаго 
отрывка нѣтъ никакого намека на пороги, и что вообще намъ казалась 
бы странной мысль топарха дѣлать переправу тамъ, гдѣ она наиболѣе 
представляетъ опасностей. Здѣсь кромѣ того слѣдуетъ дать себѣ отчетъ въ 
способѣ изложенія авторомъ своихъ мыслей и впечатлѣній. Нужно прежде 
всего отрѣшиться отъ мысли, что въ отрывкахъ мы имѣемъ запись, веден- 
ную въ пути. Противъ этого говоритъ литературный характеръ памятника 
и отсутствіе въ немъ признаковъ дневника и непосредственнаго впечатлѣнія. 
Если же записка составлена послѣ совершенія описываемыхъ въ ней собы- 
тій, то падаетъ обязательность и другихъ предположеній, какъ напр. того, 
что рукопись была съ авторомъ въ походѣ, что въ отрывкахъ, видѣнныхъ 
Газе, мы должны предполагать не копію, а собственноручную запись не- 
извѣстнаго автора. Сдѣлаемъ небольшой анализъ переправы черезъ Днѣпръ 
въ первой части отрывка. Картина бурнаго и спокойнаго (покрытаго 
льдомъ) Днѣпра не должна необходимо предполагать, что она снята съ 
порожистой части Днѣпра. Въ этомъ отношеніи стоитъ взвѣсить выраженія 
