VIII 
службы, списавъ его илъ одной рукописи (1G. 14. 15) нашей Академической 
библіотеки. Если, никогда прежде не мечтавъ быть издателемъ произведе- 
ній церковной поэзіи, я послѣ нѣкотораго колебанія взялся за это занятіе, 
то сдѣлалъ это больше всего потому, что — какъ мнѣ показалось— на этой, 
разъ поэзія служитъ опорой хронологіи: опредѣляетъ время сложенія древ- 
нѣйшихъ Аморійскихъ сказаній. — Съ синаксаремъ канона я могъ сопоста- 
вить въ объяснительныхъ примѣчаніяхъ еипаксарное сказаніе еще одной 
Патмоеской рукописи (2G2); и оно вмѣстѣ съ подробнымъ описаніемъ ру- 
кописи доставлено мнѣ В. II. Бенешевичемъ. 
При установленіи текстовъ я руководился мыслью, что издатель, пред- 
назначающій свой трудъ не для легкаго чтенія и не для школьнаго упо- 
требленія, не долженъ заслонять Фактовъ преданія своимъ ихъ понима- 
ніемъ. Поэтому — не стѣсняясь, конечно, безразличными для средневѣковаго 
греческаго произношенія мелочами орѳографіи и условностями интерпунк- 
ціи — я старался давать въ текстахъ лишь то, что находилъ въ рукопи- 
сяхъ или въ комбинаціи ихъ показаній, а догадки, хотя бы самыя правдо- 
подобныя и даже неизбѣжныя, помѣщать въ примѣчаніяхъ. Если въ такого 
рода консерватизмѣ я заходилъ иногда слишкомъ далеко, то въ этомъ во 
всякомъ случаѣ не такъ горько раскаиваюсь, какъ въ томъ, что сдѣлалъ 
нѣсколько догадокъ невѣрныхъ или ненужныхъ, а особенно въ томъ, .то 
двѣ пли три такихъ, измѣнивъ своему правилу, допустилъ въ тексты. Эти 
и другіе промахи — къ сожалѣнію, не всѣ — оговорены въ объяснитель- 
ныхъ примѣчаніяхъ. 
При составленіи этихъ послѣднихъ многимъ былъ я обязанъ обиль- 
ному своду историческихъ извѣстій, собранному и провѣренному Л. А. Ва- 
сильевымъ въ первомъ томѣ его «Византіи и Арабовъ». Не во всемъ я съ 
нимъ соглашался; по это не мѣшаетъ мнѣ съ благодарностью сознавать, 
какъ необходимы были его труды для моей работы. Не мало давала она 
мнѣ поводовъ — и не только въ случаяхъ, его касающихся — подмѣчать на 
себѣ самомъ справедливость давняго наблюденія: «wir widerlegen miner 
die am liebsten, aus denen wir das meiste lernen». 
Очень сожалѣю, что не сумѣлъ сдѣлать объяснительный комментарій 
болѣе краткимъ. Многое перемѣнилось въ отношеніяхъ филологіи къ произ- 
веденіямъ византійской литературы съ той поры, когда старый Шлоссеръ 
говорилъ 1 ): «Es Hessen sich noch andre Noten zu den Byzantinern machen, 
als historische, wer würde einem das aber danken?» По, конечно, этой пере- 
мѣны мало для моего оправданія: я долженъ признать, что особенно въ 
1) Geschichte der bilderstiirmenden Kaiser, 539*. 
