НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
55 
туры; а между тѣмъ нравы людей, вѣдавшихъ судъ и расправу, нисколько 
не измѣнились къ лучшему, такъ какъ въ средѣ этихъ лицъ продолжали 
существовать «воззрѣнія XVII вѣка на службу и власть», въ подтвержденіе 
чего авторъ указываетъ на печальныя послѣдствія ревизіи сенатора графа 
Матвѣева въ Московской губ. и рядъ указовъ Сената о злоупотребле- 
ніяхъ въ провинціяхъ, соединяя между прочимъ ихъ съ «уничтоженіемъ 
Фискалата и прокуратуры» (37 — 38); но выше авторъ самъ приводитъ 
свидѣтельство «объ обычныхъ злоупотребленіяхъ Фискаловъ своею властью» 
и неоднократно отмѣчаетъ, что они продолжали совершать «прежнія зло- 
употребленія»; а когда состоялся указъ (1729) о «разборѣ Фискаловъ — 
годныхъ въ службу, а негодныхъ — распустить по домамъ, то, но предпо- 
ложенію автора, «вѣроятно большинство ихъ отпущено было по домамъ» 
(30, 32, 33). Если же прибавить къ этому, что въ Фискалы попадали не- 
рѣдко «изъ боярскихъ людей», то уровень этой среды едвали можетъ быть 
названъ даже среднимъ. Въ заключеніе авторъ опять повторяетъ, что ста- 
рые взгляды въ служилой средѣ и послѣ Петра оставались въ прежней 
силѣ и что нравы XVII в. не умирали и рядомъ съ тѣмъ высказываетъ 
положеніе, что прокуратура, «какъ хранительница законности по идеѣ, не 
могла соотвѣтствовать взглядамъ и намѣреніямъ самовластнаго Совѣта, 
почти сконцентрированнаго въ одномъ человѣкѣ 1 )» (38 — 39). Мы думаемъ, 
что дѣло это обстояло проще и вытекало изъ иныхъ соображеній прави- 
тельства. 
Вскорѣ по вступленіи на престолъ Екатерины I, генер. прокур. Ягу- 
жинскій представилъ записку о необходимыхъ мѣрахъ къ поправленію 
состоянія государства, въ которой изобразилъ въ яркой картинѣ печальное 
положеніе населенія — крестьянства, вслѣдствіе неурожая, тягости подуш- 
ной подати, системы сборовъ, и т. п. 2 ); а осенью 1726 г., въ В. Т. Совѣтѣ 
спова разсматривался вопросъ о положеніи крестьянъ въ связи съ состоя- 
ніемъ Финансовъ страны, а именно поддержаніемъ арміи, юстиціи, торговли 
и объ исправленіи денежнаго дѣла, разсмотрѣніе чего продолжалось и въ 
1727 г., причемъ прямо было признано что великія злоупотребленія и отя- 
гощеніе крестьянъ происходятъ отъ множества властей, надъ ними постав- 
1) По данному вопросу необходимо имѣть въ виду, кромѣ соч. А. Н. Филиппова, 
указаннаго здѣсь, его же: «Правительствующая олигархія послѣ Петра В.» (Р. Мысль 1894, 
№№ 1, 8, 9); А. С. Алексѣевъ: «Легенда объ олигархическихъ тенденціяхъ В. Т. Совѣта 
въ дар. Екатерины I» (Рус. Обозр. 1896, №А» 1 — 6 и отд. М. 1896); Къ вопросу о В. Т. С., 
А. Филиппова (отвѣтъ на предъид., Р. Мысль 1896, №Л» 6 и 7 и отд.); Н. Коркуновъ, 
рец. на соч. «Сенатъ въ правд. В.Т. С.» (Ж.М.Н. Пр. 1895, № 9) и замѣч. А.Н. Александренка 
по поводу спора А. Н. Филиппова и А. С. Алексѣева (Журн. Юрид. Общ. при Спб. унив. 
1896, № 12, с. 13—16). 
2) Въ этой запискѣ говорилось: «Всякое государство держится на двухъ подпорахъ: 
земледѣліи и торговлѣ»... 
