10 
ОТЧЕТЪ О ПРИСУЖДЕНІИ ПРЕМІЙ 
Фическимъ Словаремъ» — послѣднее несомнѣнно вытекаетъ инъ только что 
приведенныхъ словъ нашего автора. А это въ свою очередь указываетъ на 
то, что передъ нами трудъ, который не только сознательно обходитъ мно- 
гія очень важныя стороны изучаемаго предмета, не только не претендуетъ 
па то, чтобы исчерпать и изучить этотъ предметъ во всей надлежащей его 
полнотѣ; но который заранѣе отказывается и отъ попытки дать собою нѣчто 
самостоятельное и въ самомъ себѣ законченное. Авторъ какъ бы говорить 
намъ: «Вотъ вамъ книга, которую надо читать и понимать совмѣстно съ 
съ другою книгою, написанною чужимъ перомъ; мой «Историческій очеркъ» 
самъ по себѣ не полонъ безъ «Словаря», въ которомъ и ищите необходи- 
мыхъ дополненій и разъясненій». 
Но въ такомъ случаѣ правильно ли названіе самой книги? Не точнѣе 
ли было бы назвать ее «Историческимъ очеркомъ нѣкоторыхъ, и притомъ не 
всегда самыхъ главныхъ, сторонъ существованія Императорскаго Юрьев- 
скаго, бывшаго Дерптскаго, Университета за 1802 — 1902 гг.»?... Дать 
историческій очеркъ существованія такого сложнаго института, какъ Уни- 
верситетъ вообще и, въ частности, Университетъ Юрьевскій, значитъ болѣе 
или менѣе возстановить картину его жизни или, по крайней мѣрѣ, прослѣ- 
дить, выяснить и дать анализъ всѣхъ существенныхъ и основныхъ элемен- 
товъ, изъ коихъ складывалась и сложилась эта жизнь. Всякій очеркъ, если 
онъ, дѣйствительно, хочетъ быть историческимъ , обязательно долженъ, 
имѣя дѣло съ подобнымъ культурнымъ явленіемъ, мыслить его, какъ цѣль- 
ную единицу, а не дробить насильно на отдѣльныя части; помнить, что 
имѣешь дѣло съ живымъ организмомъ, который, дѣйствительно, живетъ , 
т. е. подлежитъ постояннымъ измѣненіямъ, имѣетъ свои стадіи развитія, 
притомъ никогда не переставая оставаться законченнымъ въ самомъ себѣ 
цѣлымъ, — организмомъ, который если мысленно и расчленяешь, то един- 
ственно лишь съ тою цѣлью, чтобы потомъ удобнѣе и сознательнѣе пред- 
ставить его себѣ въ цѣломъ. 
Между тѣмъ, относя существенныя части этого культурнаго цѣлаго 
въ вѣдомство «Біографическаго Словаря», авторъ принялъ на себя риско- 
ванное обязательство въ томъ, что послѣдній, дѣйствительно, явится орга- 
нически связаннымъ съ его собственною книгою; что оба сочиненія, подобно 
двумъ половинамъ сломаннаго куска стали или желѣза, плотно и гармонично 
сольются въ своемъ изломѣ. Въ художественной литературѣ, русской и ино- 
странной, создатели «Кузьмы Пруткова», братья Гонкуръ, Маргеритъ, 
Rosny и проч. даютъ примѣръ подобной спайки; но увѣренъ ли г. Пѣту- 
ховъ, что онъ и авторы «Біографическаго Словаря» подойдутъ подъ эту 
категорію? Надѣяться па послѣднее тѣмъ труднѣе, что помимо главной 
спайки понадобилось бы еще нѣсколько другихъ, лишь потому «второстс- 
