34 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ШЕСТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
слишкомъ бѣгло и неполно, бѣгло потому, что онъ ограничился немногими 
замѣчаніями о томъ, что «однообразіе конструкціи и дѣйствія, правильность 
раздѣленія частей» «оказали свое вліяніе на дальнѣйшій порядокъ и стали 
ему болѣе или менѣе присущи», да отмѣткою, что «менѣе всего оказали 
вліяніе на дальнѣйшій порядокъ тѣ возвышенныя цѣли, которыя ставила 
администраціи реформа 1719 т.» (стр. 519 и сл.); неполно же потому, 
что авторъ вовсе не коснулся судьбы петровской реформы въ позднѣйшее 
время, а именно при Екатеринѣ II, въ знаменитомъ «учрежденіи о губер- 
ніяхъ» которой основные принципы петровской областной реформы 
петолько возродились, но и нашли свое дальнѣйшее развитіе. Если ужъ 
авторъ нашелъ нужнымъ поставить па разсмотрѣніе вопросъ о положи- 
тельныхъ результатахъ областной реформы 1719 г., то онъ и 
долженъ бы былъ искать ихъ тамъ, гдѣ они весьма рельеччю проявились, 
а вовсе не тамъ, гдѣ ихъ почти совсѣмъ не было. Непосредственно послѣ 
Петра Великаго его областная реформа была «отмѣнена», и объ этой «отмѣнѣ» 
обстоятельно разсказываетъ самъ авторъ. Конечно, и при этой «отмѣнѣ» 
могло бы кое что сохраниться и явиться, хотя и маловажнымъ, но все же 
положительнымъ результатомъ реформы. Но самъ авторъ, въ сущности, 
не нашелъ этого результата; шестой отдѣлъ послѣдней главы его сочиненія, 
хотя и носитъ наименованіе «положительныя ре.зультаты реформы 
1719 г.», въ дѣйствительности, говоритъ объ отрицательныхъ послѣд- 
ствіяхъ ея, а положительное сводитъ къ «однообразію конструкціи и дѣй- 
ствія, правильности раздѣленія частей», что, однако, имъ, на нашъ взглядъ, 
не доказано, да и едва ли можетъ быть доказано, ввиду дѣйствительнаго 
состоянія областного управленія непосредственно послѣ Петра Великаго, 
въ царствованіе Екатерины I. Вообще послѣдній отдѣлъ заключительной 
главы сочиненія автора составленъ такъ, что оставляетъ у читателя впе- 
чатлѣніе, что никакихъ почти положительныхъ результатовъ областная ре- 
форма не имѣла, что, однако, невѣрно, если принять во вниманіе слѣды ея 
принциповъ въ законодательствѣ Екатерины II, какъ это уже и отмѣчалось 
въ литературѣ предмета^). 
V. 
Обозрѣвая содержаніе разбираемаго сочиненія г. Богословскаго, 
мы отмѣчали его достоинства и недостатки, а равно п останавливались на 
тѣхъ изъ выводовъ автора, которые казались намъ требующими возраже- 
1) См., напр., объ этомъ въ моемъ изслѣдованіи «Исторія Сената въ правленіе Вер- 
ховнаго Таинаго Совѣта и Кабинета», часть I (Юрьевъ), стр. 141 и сл. 
