В8 
ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ восьмомъ ПРИСУЖДЕНІИ 
къ общей численности тяглаго населенія даетъ иные результаты: па центръ 
выпадаетъ не болѣе 2,4%, а наибольшій процентъ выпадаетъ на верхнее 
Поволжье и сѣверо-западный озерный край (4,3% п 4,2%). Авторъ даетъ 
слѣдующее объясненіе полученнымъ итогамъ: абсолЕотная чпслепностыіосад- 
скаго населенія уменьшается отъ центра къ нереФиріи, какъ и обіцая чис- 
ленность тяглаго населенія. «Такой характеръ террито])іальнаго распредѣ- 
ленія населенія являлся продуктомъ историческихъ условій весьма древняго 
происхожденія, относившихся еще і;ъ временамъ первоначальнаго сложенія 
московскаго государства», Наиболыній же процентъ посадскаго населенія 
ко всей совокупности тяглаго населенія вь сѣве])о-западномъ краѣ и верх- 
немъ Поволжьѣ вызываетъ у автора вопросъ: «не сказалась ли въ этомъ 
случаѣ наибольшая зависимость торговонромышленноп жизни Россіи того вре- 
мени отъ балтійскихъ и бѣломорскіі.хъ портовъ?» (стр, 1 19). Эта любопытная 
тема не нашла, однако, дальнѣйшихъ разъясненій въ изслѣдованіи автора. 
Третья глава этой части, посвященная вопросу о соціальномъ 
составѣ посадскихъ общинъ, является одной изъ самыхъ интерес- 
ныхъ. Автору удалось чрезвычайно наглядно подтвердить, что вве- 
денные магистратскимъ регламентомъ разряды торговопромышленнаго на- 
селенія съ раздѣленіемъ ихъ по профессіямъ Еіа двѣ гильдіи, составляющихъ 
регулярное грагкданство, вмѣстѣ съ соЕірпчисленііыми къ этому граждан- 
ству «подлыми людьми», совершенно слились съ старой группировкой по- 
садскаго населенія па три статьи но «животамъ іі промысламъ», т, с. но 
имущественной состоятельности, а не по профессіямъ, при чемъ и указы, и 
правительственные акты очень скоро отониествилп понятіе, гильдіи съ 
старой московской статьей и различали первостатеЙЕЕінхъ отъ средпестатей- 
ны.хъ п мсныней статьи пли послѣдней гиліідіи. Въ силу этого уже съ конца 
20-хъ годовъ двѣ гильдіи были замѣнены тремя, соотвѣтственно москов- 
скому дѣленію на три статьи. Авторъ сове])шеино правильно заключаетъ, 
что новая попытка раздѣленія на гильдіи «не пошла далѣе заимствованія 
чисто- внѣінией черты западЕіоевропейсіюй гильдейской организаціи — соеди- 
ненія городскаго населенія на группы но общностп профессіи. Такъ какъ 
въ жизни русскаго города не существовало условій, благопріятныхъ для 
развитія корпоративнаго гильдейскаго строя, то вновь учрежденныя гильдіп 
и слились вскорѣ съ старыми статьями как'ь но существу, такъ и но Формѣ. 
Причисленіе къ той или другой гильдіи стало обусловливаться исключи- 
тельно степенью тяглоснособности, и гильдейская организація, подобно ста- 
тейной, представляла собою ни что иное, какъ основу для разверстіш посад- 
скаго тягла» (стр. 130). 
Но новая гильдейская организація отразилась все же прежде всего 
въ томъ, что чиновныя званія гостей, людей гостиной и суконной сотенъ 
