lU 
ОТЧЕТЪ о СОРОКЪ восьмомъ ПРИСУЖДЕНІИ 
ПІЯ. Но ихъ обученіе— поповское; своимъ попеченіемъ о больныхъ они 
пользуются къ угнетенію совѣсти; ихъ миссіи портятъ райски невинныхъ 
дикарей или служатъ политическимъ цѣлямъ. Наконецъ, апологеты мона- 
шества указываютъ еще па великія научныя заслуги его прямо въ нашъ 
вѣкъ. Однакожъ, и этимъ ничего не достигается; вѣдь это отнюдь не без- 
предвзятая наука. Кратко, бѣдные монахи могутъ выставлять па видъ, что 
угодно, — они напередъ осуждены. 
«Но если даже прилаживаюпііеся къ новѣйшему теченію времени За- 
падные монахи обречены на полное осужденіе, то насколько жесточе дол- 
женъ быть судъ прежде всего объ аскетахъ православной церкви? На Аѳонѣ 
жительствуетъ свыше 7000 монаховъ, которые не посвящаютъ себя ни 
воспитанію (за исключеніемъ липіь ничтожнѣйшаго числа монаховъ), ни по- 
печенію о больныхъ; да и научное изученіе — не ихъ дѣло. Они живутъ 
только богослуженіемъ и созерцательностью. Нс не-слыханное ли это дѣло? 
Если бы они были гражданами новѣйшаго государства, даже только такой 
общественности, представляющей новѣйшій государственный идеалъ въ 
каррикатурномъ видѣ, какъ это замѣчается въ христіанскихъ государствахъ 
Балканскаго по.ііуострова (въ томъ числѣ, конечно, и Румынскаго государ- 
ства), то, безъ сомнѣнія, эти руины давнымъ-давио исчезнувшаго времени 
скоро болЬе или менѣе основательно были бы убраны прочь. Но Аѳонская 
монашеская республика находится подъ защитою Турецкаго правительства, 
и чего не могло сдѣлать новѣйшее государство съ своимъ либеральнымъ 
шаблонизированіемъ и бюрократизированіемъ — позволить каждому жить по 
своему Фасону, это совершаетъ Высокая Норта. Формаціи почтенной ста- 
рины, составляющей рѣжущій контрастъ всѣмъ стремленіямъ и воззрѣніямъ 
нынѣшняго времени, она позволяетъ продолжать дальнѣйшее свое суще- 
ствованіе въ совершенной ненрикосновеиности. Договоры, заключенные 
Аѳонскими монахами съ падишахсчми за пять съ половиною столѣтій, сохра- 
няютъ свою силу еще доселѣ; ибо Турокъ держитъ слово» ^). 
Изъ приведенныхъ показаній и сужденій Гельцера съ несомнѣнностью 
открывается: 1) конфискаціи церковныхъ имуществъ изобрѣтены въ вѣкъ 
просвѣщенія (хотя примѣненія ихъ па практикѣ послѣдовали главнымъ об- 
р.чзомъ въ XIX вѣкѣ); 2) теорія конфискаціи, которой слѣдуетъ преоспя- 
щеішый Арсеній какъ непогрѣшимой истинѣ, придумана только для того, 
чтобъ очевидні.йшему грабежу давать видъ хоть какой-нибудь законности; 
3) условія, выдвинутыя теоріей для приданія вида законности конфискаціи, 
совсѣмъ не соотвѣтствуютъ монашескимъ обѣтамъ и волѣ жертвователей 
1) Geizer, Heiur., Vom heiligen Berge und aus iVIakedouien Reisenbilden aus den 
Athosklöstern und dem Insurrektionsgebiet. Leipzig 1904, S. 1 — 5. 
