НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
191 
женіи Шуйскій обратился къ шведамъ, и Михаилъ Скопинъ Шуйскій при- 
велъ 5000 шведскаго войска за условленную плату въ 100000 талеровъ 
ежемѣсячно; что, хотя съ появленіемъ шведовъ и удалось освободить 
Троицкую Лавру и Москву отъ осады, но явилась новая бѣда: вмѣшатель- 
ство шведовъ и Формальный договоръ, заключенный съ ними, были вызо- 
вомъ Сигизмунду польскому, который потому и пошелъ войною на рус- 
скихъ?... 
Помимо того, что эта часть предисловія буквально ничего не даетъ 
такого, что было бы неизвѣстно въ любомъ историческомъ руководствѣ 
или общедоступной исторіи Смутнаго Времени, для чего, спрашивается, 
понадобились эти страницы г. Вержбовскому? Что разъясняютъ онѣ въ 
самыхъ матеріалахъ? Будь вообще предисловія обширны по объему, раз- 
нообразны и полны по содержанію, все это, пожалуй, сошло бы, какъ схо- 
дитъ вставочная Фраза, сказанная между прочимъ, для закругленія рѣчи 
пли для внѣшней связи; но здѣсь эти «вставки», занимающія иногда болѣе 
половины и безъ того коротенькихъ предисловій, выступаютъ какимъ-то 
лишнимъ пятномъ, лишній разъ подчеркивая полное игнорированіе г. Верж- 
бовскимъ самыхъ основныхъ правилъ архитектурнаго строенія. 
Сказанное о выпускѣ второмъ приложимо и къ выпуску третьему: 
какая связь съ содержаніемъ польскихъ поэмъ, «плачей» и панегириковъ съ 
догадкой г. Вержбовскаго о происхожденіи Лящдимптрія? Или, далѣе, 
что освѣтила въ Донесеніи Кобенцеля и Принца попытка выяснить вопросъ 
о происхоніденіи Письма 27 мая 1576 г.? Авторъ и тутъ лишній разъ 
проявилъ себя коллекціонеромъ, для котораго механическій процессъ ра- 
боты стоитъ на первомъ планѣ. Какъ нестройны въ своей совокупности его 
матеріалы^ такъ же мало гармонируютъ и отдѣльныя части того, что вышло 
непосредственно изъ подъ его пера. Эта манера только приклеивать и сшивать, 
не заботясь объ органическомъ сродствѣ частей, даетъ даже и «собствен- 
нымъ» страницамъ г. Вержбовскаго видъ нестройнаго полусырья, еще 
ожидающаго болѣе тщательной обработки и отдѣлки. 
Въ конечномъ выводѣ приходится съ сожалѣніемъ констатировать, 
что, назвавъ свое изданіе «Матеріалами», г. Вержбовскій отнюдь не 
ошибся и совершенно правильно усвоилъ за нимъ этотъ терминъ: это, дѣй- 
ствительно, не изслѣдованіе, пе диссертація, не «сочиненіе», вообще не 
трудъ (хотя, пе сомнѣваемся, стоившій ему большого и кропотливаго труда) 
въ томъ смыслѣ, какъ принято называть ученыя произведенія, въ которыя 
вложена творческая работа; это даже не пересказъ, не компиляція, а прежде 
всего и больше всего матеріалъ^ цѣликомъ перенесенный съ архивныхъ 
листовъ и со старыхъ изданій. 
