6 
к. А. ИНОСТРАНЦЕВЪ, 
воровъ СЪ мѣстнымъ владѣтелемъ, поселились въ Санджанѣ; позже къ 
нимъ прибываютъ изъ Хорасана новые выселенцы. Изъ послѣдняго-то и 
можно заключить, что выселеніе происходило постепенно; это подтверж- 
дается также тѣмъ, что въ случаѣ массоваго выселенія, «исходъ» пар- 
совъ оставилъ бы слѣдъ въ арабской литературѣ. Несомнѣнно далѣе, что 
значительное количество парсовъ оставалось на родинѣ и ихъ потомками 
являются современные персидскіе Гебры, которые вмѣстѣ съ парсами 
Индіи, могутъ быть названы во многихъ отношеніяхъ единственными хра- 
нителями древней иранской традиціи въ настоящее время. 
Итакъ, во всей Персіи въ первые вѣка ислама національный элементъ 
съ перемѣннымъ счастьемъ отстаивалъ свое существованіе. Нужно, однако, 
замѣтить, что большій или меньшій его успѣхъ не во всѣхъ частяхъ страны 
былъ одинаковъ и его судьбы въ значительной степени зависѣли отъ гео- 
графическаго положенія и исторической жизни отдѣльныхъ областей 
страны. Западныя провинціи, вс-іѣдствіе наибольшей близости къ центрамъ 
арабской государственной жизни, ранѣе другихъ должны были поступиться 
своими стремленіями и дѣятельно войти въ кругъ событій, составлявшихъ 
собственно арабскій періодъ исторіи мусульмапскаго Востока. Средняя 
Персія, вслѣдстіе своего географическаго положенія, также не могла быть 
опорнымъ пунктомъ для персидскихъ элементовъ. Наиболѣе для нихъ бла- 
гопріятными были провинціи сѣверныя, восточныя и южныя; Табаристанъ, 
Хорасанъ и Фарсъ. 
Табаристанъ, какъ извѣстно, за все время расцвѣта арабской импе- 
ріи, находился почти въ полной независимости отъ центральной власти. 
Мѣстные владѣтели, такъ называемые «испехбеды», пользовались Фактиче- 
ской независимостью и арабско-мусульманское вліяніе было въ ту эпоху 
совершешіо ничтожно. Мѣстныя династіи (Бавендиды, Бадуспаниды, Да- 
буиды, Карениды), смѣнявшія одна другую и правившія одновременно, на- 
слѣдовали преданія, оставленныя имъ такъ называемыми «мерзбанами» т. е. 
намѣстниками (часто наслѣдственными) великихъ Хосроевъ и независимыми 
со времени Арсакидовъ властителями ^), а позже ('Алйды, Зіяриды) рѣзко 
примыкали къ шіитству, съ его опредѣленно выраженными персидскими 
симпатіями. Однако, эта область не была благопріятна для особенно успѣш- 
ной національной эволюціи. Дѣло въ томъ, что и въ сасанидскую эпоху Таба- 
ристанъ являлся отдаленной и глухой окраиной и не принималъ дѣятельнаго 
участія въ культурной жизни того времени. Поэтому, не сюда долженъ былъ 
1) Общій обзоръ исторіи прикаспійскихъ провинціи въ освѣщеніи ихъ независимой 
отъ сасанидскаго и арабскаго управленія жизни см. напр. у F. Justi, Geschichte Irans von 
den ältesten Zeiten bis zum Ausgang der Säsäniden въ Grundriss des iranischen Philologie, II, 
547 — 549 . 
