НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
141 
тичнаго, и второго, византійскаго, Рима» 1 ), но понималась у насъ «болѣе 
духовно». Московскіе государи видѣли въ византійскомъ наслѣдствѣ не столько 
право на обладаніе Константинополемъ, сколько обязанность оборонять пра- 
вославіе; желали свободы для христіанскихъ подданныхъ султана, но не под- 
чиненія ихъ Московскому государству 2 ). Авторъ ссылается при этомъ на 
Факты изъ временъ Іоанна III, Іоанпа Грознаго, Бориса Годунова, напоми- 
наетъ извѣстный отказъ Михаила Ѳедоровича въ 1642 году принять отъ 
донскихъ казаковъ взятый ими Азовъ, грозившій разрывомъ съ турецкимъ 
султаномъ; отказъ царя Алексѣя пойти вмѣстѣ съ Венеціей войною на Тур- 
цію; указываетъ, что договоръ, заключенный въ Андру совѣ и позже под- 
твержденный въ 1670 году въ Москвѣ, «былъ только оборонительный и 
имѣлъ ограниченную цѣль — не допустить перехода подъ власть Турціи 
исконно русской области Малороссіи» 3 ) и существенно усиливаетъ эту 
мысль словами: «неохотно согласилось Московское правительство даже на 
оборонительный союзъ противъ Турціи, такъ какъ война съ ней не соот- 
вѣтствовала ни духовнымъ, ни матеріальнымъ его интересамъ» 4 ). 
Спрашивается однако, почему же Московское правительство такъ рѣзко 
измѣнило своимъ взглядамъ и сдѣлало шагъ, который «не соотвѣтствовалъ 
ни духовнымъ, ни матеріальнымъ его интересамъ»? Обыкновенно медли- 
тельное и неповоротливое, оно проявило на этотъ разъ совсѣмъ необычную 
для него подвижность: и мѣсяца не прошло послѣ полученія королевской 
грамоты съ извѣщеніемъ о паденіи Каменца, какъ московскіе гонцы ле- 
тѣли уже къ европейскимъ дворамъ. Неужели только въ силу этого дого- 
вора? Но Московское правительство, когда дѣло шло о «духовныхъ и мате- 
ріальныхъ интересахъ» страны, умѣло обходить и договоры, тотъ же са- 
мый Андрусовскій: какъ пи категорично выражено было въ немъ условіе 
вернуть полякамъ Кіевъ черезъ два года, а онъ продолжалъ и въ 1672 г., 
т. е. вотъ уже пять лѣтъ, оставаться въ нашихъ рукахъ!... 
Мнѣ думается, авторъ упустилъ изъ виду другое обстоятельство. Мо- 
сковское правительство могло не желать войны, вполнѣ правильно находя, 
что нашъ южный вопросъ: утвержденіе на берегахъ Чернаго моря есть 
вопросъ не настоящей минуты, а будущаго; что силъ своихъ не слѣдуетъ 
разбрасывать, а сосредоточить ихъ па задачахъ болѣе неотложныхъ; но 
разъ опасность сама стучалась въ дверь, было бы не менѣе опасно закры- 
вать глаза и отворачиваться отъ нея. Дѣло въ томъ, что ударъ, нанесен- 
ный Польшѣ, грозилъ подобнымъ же ударомъ и Россіи, прежде всего Кіеву, 
1) Стр. 20. 
2) Стр. 24. 
3) Стр. 24. 
4) Стр. 20. 
(47) 
