НАГРАДЪ ГГЛФЛ УВАРОВА. 
109 
Къ тому же «римскій заказъ вполнѣ соотвѣтствуетъ общему характеру 
услугъ, оказанныхъ Менезіемъ московскому двору. Просвѣщенный, добро- 
совѣстный, нѣсколько педантичный Меиезій вошелъ, благодаря своему 
аристократическому происхожденію, свойству съ Матвѣевымъ и Нарыш- 
киными и покровительству ихъ, въ число приближенныхъ Алексѣя Михай- 
ловича и въ этомъ привиллегированномъ по отношенію остальныхъ инозем- 
цевъ положеніи дѣлалъ, настойчиво, малозамѣтное, но симпатичное и по- 
лезное дѣло, — являясь посильнымъ иниціаторомъ и посредникомъ даль- 
нѣйшихъ успѣховъ нормальнаго, практическаго, постепеннаго сближенія 
царскаго двора съ лучшими сторонами западно-европейскаго быта. На этой 
почвѣ возникли еще при жизни Алексѣя Михайловича отношенія Менезія 
къ Петру, на этой ночвѣ и въ томъ же направленіи продолжались они и въ 
періодъ, послѣдовавшій за кончиною царя» *). 
Все дѣло представляется г. Чары к о ву въ такомъ видѣ: 
«Будучи допущенъ къ юному Петру и видя заурядныя русскія воин- 
скія игрушки — луки, топоры и, можетъ быть, пищали, Менезій подалъ 
мысль прибавить къ нимъ болѣе усовершенствованные и интересные пи- 
столи и карабины. Видя же потѣшныя книги царевича, какъ напримѣръ ту, 
которая была приготовлена 8-го января 1675 года съ раскрашенными 
рисунками работы иконописца Тимофѳя Резанца, скопированными съ дру- 
гихъ, потѣшпыхъ же книгъ, Менезій сказалъ Матвѣеву, что въ Римѣ есть 
гораздо болѣе красивые и интересные рисунки, которые могли бы служить 
образцомъ при составленіи потѣшныхъ тетрадей для царевича, и что черезъ 
«приговореннаго» въ службу великаго государя для всякихъ вещей аббата 
Скарлатти не трудно выписать такіе рисунки, вмѣстѣ съ объясненіями того, 
что каждый изъ нихъ изображаетъ. Объ этомъ проектѣ Матвѣевъ доло- 
жилъ царю, который, одобривъ предложенный опытъ, велѣлъ сообразно съ 
присущей ему любовью къ церковности, обратить особенное вниманіе па 
свѣдѣнія о римскихъ костелахъ и мощахъ. А для того, повидимому, чтобы 
было легче себѣ представить и объяснить размѣры римскихъ строеній, по 
сравненію съ знакомыми московскими, было приказано обозначить въ 
описаніи, «сколько мѣрою длипнику и поперечнику будетъ». Срочность же 
работы зависѣла, надо думать, отъ какого либо царскаго намѣренія, отно- 
сившагося до изготовленія для Петра новыхъ потѣшныхъ книгъ и оставша- 
гося, можетъ быть, неосуществленнымъ за неожиданною кончиною Алек- 
сѣя Михайловича» 1 2 ). 
Наконецъ, резюмируя всѣ вышеизложенныя соображенія, авторъ 
1) Стр. 554. 
2) Стр. 553—554. 
(104) 
