НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
229 
крайней мѣрѣ одного изъ нихъ (предположивъ, что Менезій писалъ не на 
родномъ языкѣ, или не по латыни, а по русски, что едва ли допустимо), 
должна была быть исполнена не на русскомъ языкѣ, а потому уже теперь 
заранѣе были назначены лица для перевода иностраннаго текста. Этого 
текста, вообще литературной, письменной работы предполагалось не мало: 
ея должно было хватить на трехъ подьячихъ. Вообще имѣлся въ виду трудъ 
большой и довольно кропотливый. И неужели все это для малолѣтняго Петра? 
Неужели надобность въ такомъ трудѣ въ ту пору ощутительнѣе была для 
четырехлѣтняго ребенка, а не для 14-тилѣтняго юноши, уже объявленнаго 
наслѣдникомъ престола, уже вступившаго на стезю серьезнаго обученія? 
не для даря Алексѣя, широкіе умственные интересы котораго стоятъ тоже 
внѣ сомнѣнія?... 
Техника печатнаго производства въ наши дни привела къ тому, что 
иллюстрація стала достояніемъ самыхъ отдаленныхъ, медвѣясьихъ угловъ; 
и взрослый человѣкъ, тѣмъ болѣе культурнаго круга, успѣетъ наглядѣться 
вдоволь всякаго рода литографическихъ и Фотографическихъ снимковъ. Въ 
наше время такой альбомъ, какой былъ заказанъ аббату Скарлатти, могъ 
бы явиться, особенно въ царскомъ быту, интересной новинкой, дѣйстви- 
тельно, лишь для ребенка; но во второй половинѣ XVII столѣтія имъ 
могли не только интересоваться, но и прямо нуждаться люди и болѣе воз- 
растные, и видѣть его въ ихъ рукахъ было бы гораздо умѣстнѣе, чѣмъ въ 
рукахъ дитяти, которое едва ли и поняло бы хорошо, что дается ему. 
Я вполнѣ готовъ присоединиться къ мнѣнію автора, что «въ педаго- 
гическомъ отношеніи правильный и художественный рисунокъ предпочти- 
тельнѣе лубочнаго, а правдивый и точный текстъ служитъ лучшей основой 
для объяснительнаго разсказа, чѣмъ собраніе невѣжественныхъ небылицъ», 
равно и съ тѣмъ, что объяснительный текстъ къ рисункамъ, когда ребе- 
нокъ самъ еще не умѣетъ читать, можетъ предназначаться не для него, а 
для преподавателя; но отсюда еще далеко, чтобы связывать римскій заказъ 
непремѣнно съ именемъ Петра. Весь вопросъ въ данномъ случаѣ сводится 
къ возможности , и если нѣтъ прямыхъ указаній также и на связь заказа 
съ царемъ Алексѣемъ или царевичемъ Ѳеодоромъ, то изъ двухъ возмож- 
ностей преимущество слѣдуетъ отдать наиболѣе вѣроятной и наиболѣе до- 
пустимой. Вѣдь едва ли можно оспаривать, что нерсоны могли быть инте- 
ресны и царю Алексѣю, и его старшему сыну, могли быть пригодны и для 
того, и для другого, — а разъ это будетъ признано, личность Петра въ 
исторіи римскаго заказа неизбѣжно должна будетъ отступить на второй 
планъ. 
Вообще, что касается до основного положенія — о близости отношеній 
Менезія къ Петру въ его дѣтскіе годы — принимать таковое приходится 
(* 35 ) 
