НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
479 
Во 1-хъ г. Грушевскій заявляетъ, что онъ на первый плаііъ въ 
своихъ историческихъ изученіяхъ ставитъ не преемственность государ- 
ственныхъ Формъ, на которую опирается обще-принятый планъ «русской 
исторіи», а исторію народа, эволюцію въ жизни народа, его политическихъ, 
экономическихъ и культурныхъ Формъ. 
Исторія народа издавна, еще въ началѣ ЗО-хъ годовъ XIX в., стала 
основнымъ содержаніемъ русской исторіи (первымъ ея провозвѣстникомъ 
былъ Н. А. Полевой), ученіе же о преемствѣ «государственныхъ Формъ», 
въ смыслѣ передачи ихъ отъ Руси Кіевско-Галицкой — Руси Суздальско- 
Московской, является въ наши дни совершеннѣйшимъ анахронизмомъ; а 
потому непонятно, какой «общепринятый плапъ» русской исторіи въ смы- 
слѣ такого ученія разумѣетъ г. Грушевскій? Это ученіе развивалъ въ 
своей «Исторіи Государства Россійскаго» Карамзинъ, но оно оспаривалось 
уже при самомъ появленіи его «Исторіи», а затѣмъ въ 30-хъ годахъ — По- 
левымъ и, позднѣе, въ 40-хъ годахъ учеными школы родового быта и 
ихъ противниками славянофилами. С. М. Соловьевъ, одинъ изъ самыхъ 
крайнихъ представителей школы родового быта, даже отрицалъ всякую 
государственность и въ южно- русской, и въ западно-русской общественности 
XI — XV в. в., и въ Новгородѣ Великомъ, и въ землѣ Ростовско-Суздаль- 
ской и относилъ зарожденіе русскаго государственнаго начала лишь къ 
эпохѣ Іоанна III, эпохѣ окончательнаго такъ наз. «возвышенія» Москвы, — 
слѣдовательно, у него и рѣчи не могло быть о «преемствѣ государственныхъ 
Формъ» отъ юга Россіи къ ея сѣверо-востоку. Московскіе славянофилы 
сороковыхъ годовъ, идеализируя верховную власть московскаго царя и 
исконпый общинный бытъ, присущій русскому народу, мало различали обще- 
ственныя и культурныя особенности южпоруссовъ и великоруссовъ, но 
были далеки отъ мысли о преемственности государственныхъ Формъ отъ 
юга Россіи къ ея сѣверо-востоку. Даже Погодинъ, исповѣдывавшій оффи- 
ціальную политическую доктрину императора Николая Павловича о право- 
славіи, самодержавіи и народности, — не придерживался ученія о «преем- 
ственности государственныхъ Формъ» Московскимъ государствомъ отъ 
государствъ южнорусскихъ. Это ученіе, не будучи научной теоріей, явилось 
политической теоріей, возникшей среди высшихъ южнорусскихъ и сѣверо- 
восточныхъ духовныхъ іерарховъ и книжниковъ XIV — XV в. в. и усвоен- 
ной московскими князьями «собирателями Руси». 
Въ настоящее время — я лично въ этомъ глубоко убѣжденъ — никто 
изъ русскихъ историковъ не станетъ сомнѣваться въ существованіи нс 
только русскаго государства Владиміра Св., Ярослава Владиміровича, Вла- 
диміра Мономаха, Романа Мстиславича Волынскаго и Даніила Романовича 
Галицкаго и его преемниковъ, но и государствъ Новгородскаго и Русско- 
(9) 
