НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
553 
выразившее во всей точности напѣвовъ и служившее не болѣе, какъ только 
мнемоническимъ средствомъ для возстановленія въ памяти пѣвца заучен- 
ныхъ на слухъ мелодій. 
Эта область въ сущности едва ли имѣетъ какое-либо прямое отноше- 
ніе къ славянскому искусству и тѣмъ болѣе къ русскому. Кромѣ неимѣнія 
какихъ бы то ни было документовъ съ невмами при славянскомъ текстѣ, 
кромѣ приводимыхъ авторомъ свидѣтельствъ болѣе всего о систематическихъ 
воздѣйствіяхъ по части внѣдренія латыни въ службы славянъ, бывшихъ 
подъ властью папъ еще до раздѣленія церквей (л. 46), у насъ нѣтъ и ни- 
какихъ серьезныхъ основаній къ тому, чтобы думать вообще о внесеніи 
славянствомъ какихъ-либо родныхъ началъ въ напѣвы латинскаго обихода. 
Указываемыя авторомъ оффиціально служебныя воздѣйствія, конечно, 
могли, по мѣстамъ, имѣть въ свое время вліяніе на славянское искусство. 
Но тѣ же воздѣйствія могли вѣдь и не оказывать вліянія сколько-нибудь 
обширнаго, для установленія теперь на этихъ предположеніяхъ общихъ 
выводовъ. Область эта, сколько я могу разобраться, темна вообще и не 
имѣетъ прямого и значительнаго отношенія къ русскому искусству. Тѣмъ 
не менѣе авторъ, слѣдуя Ф л ей ш еру (л. 52), сближаетъ значеніе западно- 
католическихъ невмъ съ хирономіей, т. е. съ искусствомъ руководства 
пѣвцовъ движеніями руки и пальцевъ. 
Обозрѣвъ все извѣстное у грековъ, начиная съ Іоанна Кукузеля (XIII в.) 
и другихъ позднѣйшихъ писателей, авторъ утверждаетъ (л. 54), что, хотя 
нотныхъ рукописей и нѣтъ ранѣе IX в., но невмы, какъ вообще знаки 
пѣвческіе, существовали и раньше, въ VIII, VII π VI вѣкахъ и, вѣроятно, 
и ранѣе того въ пѣвческой хирономіи, хотя бы и не записанными, и что 
пѣніе по нотнымъ знакамъ существовало и ранѣе нотныхъ невматическихъ 
рукописей, въ хирономіи. 
Пріемлемость и правдоподобность этой теоріи облегчается, согласно 
взглядамъ Куссемакера (л. 54), толковавшаго невматическое письмо, какъ 
«усовершенствованный способъ акцентуаціи, или просодійныхъ знаковъ, 
сначала примѣнявшихся къ псалмодическому чтенію (на. распѣвъ), а затѣмъ 
и къ чтенію гимновъ». Авторъ указываетъ на длинный рядъ крайне любо- 
пытныхъ свидѣтельствъ даже отъ I и слѣдующихъ вѣковъ, обнаруживая 
весьма значительную эрудицію и кропотливую старательность въ под- 
борѣ данныхъ для утвержденія читателя въ основной мысли сочиненія 
(л. 54—65). 
Авторъ (л. 65 — 66) указываетъ и на нераздѣляемое имъ мнѣніе 
(весьма солидное и доказательное, по моему) извѣстнаго I. Thibaut, нахо- 
дящаго прямую связь греческихъ пѣвческихъ знаковъ экфонетическихъ 
(т. е. для чтенія на распѣвъ) съ нотаціею Іоанна Дамаскина, внѣ какого- 
(9) 
