НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
569 
каго рода иныхъ наблюденій (о чемъ мною уже было заявлено гласно), то 
я нолагаю, что мои утвержденія покоятся на положительныхъ Фактахъ, а 
не предположеніяхъ. 
По этимъ основаніямъ, а также въ виду того, что самая область кон- 
дакарныхъ текстовъ XII — XIII в. весьма мало совпадаетъ, съ областью 
демественныхъ текстовъ какъ XVI в., такъ и современныхъ, я считаю, что 
предположеніе о. Металл ова о возможности сближенія кондакарнаго пѣ- 
нія съ демествепнымъ на основаніи свидѣтельства Степенней книги — еще 
не можетъ считаться научно доказаннымъ. 
Въ дальнѣйшемъ изложеніи разрабатывается вопросъ о томъ (л. 125), 
кто были прибывшіе пѣвцы греки, — византійцы или греко-сирійцы. 
Отмѣчу здѣсь лишь предположеніе автора, сдѣланное мимоходомъ, что, мо- 
жетъ быть (?), кромѣ вышеуказанныхъ грековъ, греко-сирійское пѣніе, 
шедшее черезъ Аѳонъ, принесено къ намъ даже и иреп. Антоніемъ Печер- 
скимъ (л. 127). 
Глава эта, заканчивающая первую часть труда о. Металлова, за- 
ключается слѣдующими двумя основными положеніями (л. 130 — 131), 
которыми устаповляется въ качествѣ выводовъ: 1) грековосточный харак- 
теръ нашего знаменнаго пѣиія и византійскій характеръ пѣнія кондакар- 
наго съ его знаменемъ и 2) заимствованіе знаменнаго пѣнія отъ славянъ и 
кондакарнаго изъ Византіи, — обоихъ при посредствѣ Аѳона. Эти поло- 
женія не новы и, сколько думаю, не вызывали возраженій и прежде. Весь 
интересъ этой первой части, какъ предваряющей продолженіе изслѣдованія 
во второй, слѣдующей его части, долженъ заключаться въ пригодности вы- 
работанныхъ положеній для освѣщенія нашего пѣвческаго искусства въ 
домонгольскій его періодъ. 
Вторая часть изслѣдованія о. Металлова озаглавлена: «Русское цер- 
ковное пѣніе въ домонгольскій періодъ». 
Глава седьмая (л. 134 — 154) посвящена обозрѣнію историческихъ 
свидѣтельствъ о первоначальномъ русскомъ церковномъ пѣніи и пѣвцахъ. 
Въ началѣ главы авторъ подробно разбираетъ лѣтописное указаніе о при- 
бытіи къ намъ съ митрополитомъ Михаиломъ «демественпиковъ отъ сла- 
вянъ». Правдоподобность этого извѣстія подтверждается необходимостью 
такихъ пѣвцовъ для тогдашней Руси. Авторъ подробно останавливается 
на выясненіи того, что надобно подразумѣвать подъ словами: « демествен - 
никъ» (или «деместникъ») и « доместикъ ». Въ виду соображеній проФ. Разу- 
мовскаго (л. 135), проФ. Голубинскаго (л. 136), византолога Васильев- 
скаго (ib.), митроп. Макарія (л 137), выясняется, что «демествепники» — 
были несомнѣнно и только пѣвцы, а «доместики» — регенты, головщики; 
обращаясь же къ греческому словопроизводству, авторъ толкуетъ «деме- 
( 25 ) 
